Главная страница
Экономика
Статьи
Маркетинг
Менеджмент
Инвестиции

Пенитенциарная система на Дальнем Востоке России (вторая половина ХIХ–начало ХХ в.)

К.К.КОРАБЛИН

Дается характеристика первых тюрем на территории Приамурского генерал-губернаторства, а
также первых каторжных тюрем на острове Сахалин во второй половине ХIХ–начале ХХ в. Рассматривается роль пенитенциарной системы России в принудительной колонизации Дальнего Востока.
Penal system in the Russian Far East (the second half of the XIX – the beginning of the XX centuries).
K.K.KORABLIN (Far Eastern Academy of Public Service, Khabarovsk).
The first prisons located in the territory governed by the Priamursky governor-general as well as the
first convict prisons on the Sakhalin in the second half of the XIX–the beginning of the XX centuries have
been characterized. The role of the Russian penal system in coercive colonization of the Far East has been
considered.
Пенитенциарная система и политика России по отношению к Дальнему Востоку. Лишение свободы как вид наказания за совершенное преступное
деяние существует в истории человечества с давних времен. Смысл его заключается в изоляции осужденного от общества путем помещения в специально созданные
для этого тюремные (пенитенциарные1) учреждения.
В Русском государстве, по некоторым данным, первые тюремные помещения
устраивались в фундаменте крепостных башен (поэтому немецкое слово «turm» –
башня и перешло в русский язык как «тюрьма»).
В эпоху Петра Великого, ставшей наивысшей ступенью карательной строгости
во всей истории русского государства, к уже известным наказаниям в виде тюремного заключения прибавились еще и принудительные, или так называемые каторжные (от каторга2) работы, а также административная ссылка в отдаленные районы
Вестник ДВО РАН. 2004. № 6
КОРАБЛИН Константин Климентьевич – кандидат юридических наук (Дальневосточная академия
государственной службы, Хабаровск).
1 Пенитенциарий (лат. poenitentiarius – кающийся, раскаивающийся, исправляющийся) – относящийся
к наказанию, преимущественно уголовному. Впервые пенитенциарием была названа Филадельфийская
тюрьма нового типа с камерами для одиночного заключения. В конце ХVIII–начале ХIХ в. во Франции
появилось новое понятие «science penitentaire», или «пенитенциарная наука».
2 Каторга – особый вид наказания за совершение уголовных и политических преступлений, где лишение свободы с особо строгим режимом содержания заключенных сочеталось с привлечением их к тяжелому физическому труду. В конце ХIХ–_____начале ХХ в. в России каторга существовала в виде системы
центральных каторжных тюрем.
страны. Каторжане возводили укрепления в пограничных городах, устанавливали
военные сооружения, строили Петербург, обустраивали морские гавани и крепости, добывали соль, выполняли различные работы по благоустройству городов, а
также добывали железную руду, золото, серебро, медь, свинец на сибирских рудодобывающих заводах.
Отличительной чертой русской ссылки являлось то, что она, как правило, была
вечной. Ссылаемых лишь в особых случаях заключали на месте ссылки в тюрьму.
Чтобы удержать ссыльных от побегов, их отправляли вместе с женами и детьми.
Наказание в виде ссылки применялось за совершение незначительных (преимущественно служебных) проступков и имело главную цель – удалить «смутьянов» из
центра на окраины страны. Впоследствии ссылка стала играть важное значение
как колонизационное средство в период расширения границ русского государства
и укрепления его влияния в завоеванных территориях.
История присоединения Дальнего Востока к России сопоставима по масштабам с историей освоения Америки. Новый, неосвоенный и богатый край уже к середине ХIХ в. окончательно вошел в состав Российской империи. Для страны это
было переломное время. Отмена крепостного права и последовавшие за ней либеральные буржуазные реформы способствовали социально-экономическому развитию территории Дальнего Востока. Российское правительство рассматривало окраины страны прежде всего как районы сбыта готовой продукции, источник сырьевых ресурсов и зону сельскохозяйственной колонизации, а также как место ссылки преступников со всей территории Российской империи, а наказание в виде каторжных работ и ссылки на поселение – как дополнительную форму хозяйственной колонизации (рис. 1–11). Официальная правительственная политика была направлена на создание и укрепление здесь военно-полицейского и чиновничьего аппарата, призванного обеспечить интересы России на востоке страны.
Принудительная колонизация Дальнего Востока каторжанами и ссыльнопоселенцами способствовала хозяйственному освоению данной территории, увеличению темпов ее экономического роста. Так, в Амурскую, Приморскую области и
Южно-Уссурийский край ссыльные прибывали из Европейской России, Сибири и
Забайкалья. По некоторым данным, в 1900 г. в Приамурском крае проживало уже
более 35 тыс. ссыльных, из них только в Приморье – 4 тыс., т. е. 1,4 % всего населения Приморской области [6, с. 65].
Специфика преступного мира Дальнего Востока. Одновременно с ростом
численности населения на территории Дальнего Востока шел процесс формирования преступного мира. Освобожденные от каторги осужденные, окончательно не
порвавшие с ней связи, если и не являлись прямыми участниками преступлений,
то наиболее активно проводили уголовные традиции среди местного населения.
Часть уголовного элемента прибыла в регион «на гастроли» следом за переселенцами в надежде легкой наживы. Другая часть – бывшие ссыльнокаторжные, осевшие на этой территории после освобождения.
Например, во Владивостоке и пос. Подгорный проживало небольшое число
ссыльнокаторжных. Этот поселок, называвшийся в народе Каторжной слободкой
или просто Каторжанкой, располагался в двух верстах от города в долине Первой Речки. В 1873 г. там были поселены 30 семейств каторжан, которые по нарядам полиции выполняли различные тяжелые и грязные работы по благоустройству города.
Каторжане и ссыльные составляли значительную часть преступников-рецидивистов: уровень преступности среди них был в 6 раз выше, чем среди других слоев населения. Бывшие каторжане с их пьянством, воровством, грубостью, праздно112
стью, пристрастием к картежной игре, растлевающе действовали на жителей.
Нравственная распущенность женщин-каторжанок «поддерживалась» тем, что
женщин было намного меньше, чем мужчин. Во Владивостоке проживало до
200 ссыльнокаторжных женщин, состоявших служанками, ключницами у офицеров и чиновников, получавших от них жалованье, которое они, как правило, пропивали. Другой источник их дохода – проституция: более красивые каторжанки
становились содержанками, остальные служили для временного сожительства с
чернью в кабаках и притонах.
Надо сказать, что во Владивостоке боролись с преступностью не самым худшим образом, так как в этом административном и военном центре сосредоточились государственная власть и управление. Однако только с учреждением в городе
в 1876 г. должности полицмейстера, а в 1880 г. – городского полицейского управления положение в правоохранительной сфере несколько нормализовалось. Но
окончательно искоренить преступность было трудно, она приобрела более скрытые формы [16, с. 101, 105].
Масштаб преступности и ее виды. Преступный мир Дальнего Востока был
так же многолик, как и в центральной части России. Здесь орудовали взломщики,
поджигатели, сутенеры, торговцы живым товаром, карманные воришки, воры-гастролеры и прочие категории правонарушителей. Дальневосточная преступность
различалась по следующим видам: грабежи, кражи, разбойные нападения, убийства, тяжкие телесные повреждения, конокрадство, хулиганство, мошенничество,
контрабанда, половые преступления, бандитизм, хунхузничество3 и т. п.
Основным очагом хунхузничества на Дальнем Востоке была Северная Маньчжурия. Небольшая плотность населения, нищета и малоземелье, отсутствие развитых
путей сообщения, оторванность от центра, глухие таежные места, в которых было
легко укрыться, способствовали бурному развитию этого негативного явления.
На Дальнем Востоке хунхузничество особенно было развито на Амуре и в Приморье. Так, в 1860 г. на о-ве Аскольд, расположенном недалеко от Владивостока,
ютилось несколько сотен хунхузов, нелегально добывавших золото, а также нападавших на близлежащие русские поселки, расположенные в отдаленности от городских центров. Хунхузы убивали местное население, сжигали дома, грабили,
брали в плен зажиточных людей и женщин с детьми, требуя выкупа за них, облагали тяжелой данью население, жестоко расправлялись с заложниками. Борьба с
ними продолжалась до середины 1869 г., когда был создан военный отряд, с помощью которого их удалось окончательно ликвидировать.
Наряду с бандитизмом и хунхузничеством на Дальнем Востоке широкое развитие получила контрабанда, обусловленная отдаленностью края от промышленно
развитых районов России, высокими железнодорожными тарифами, непосредственной близостью заграничных рынков (Китай, Япония, Корея), наполненных дешевыми товарами (трикотаж, галантерея, чай, табак, спирт, опиум и др.), чрезвычайно высокими таможенными пошлинами, большой протяженностью границы и
слабой ее защищенностью. Контрабандный товарооборот сопровождался значительной утечкой за границу природных ресурсов: золота, пушнины, морепродуктов. Занятие контрабандой стало здесь не только массовым, но и глубоко укоренившимся бытовым явлением.
В условиях роста преступности российское правительство предприняло чрезвычайные меры по строительству на территории Дальнего Востока тюрем, или,
113
3 От «хунхуз», в дословном переводе — красные усы, борода. Лица, занимавшиеся грабежом и разбоем в Китае, для большего устрашения населения красили усы и бороду в красный цвет.
114
Рис. 1. Каторжные Хабаровской тюрьмы Рис. 2. Строительство Амурской железной дороги
Рис. 3. Ссыльнокаторжные на постройке Уссурийской железной дороги
Рис. 4. Группа арестантов на пароходе Добровольного флота во время следования
115
Рис. 7. Рудничные работы каторжных
Рис. 5. Тюрьма в посту Корсаков
Рис. 6. Владимирский рудник на острове Сахалин
116
Фотодокументы предоставлены: рис. 1, 2, 3, 8 – Музеем истории тюрьмы Управления
исполнения наказаний Министерство юстиции по Хабаровскому краю; рис. 4, 5, 9–11 –
Обществом изучения Амурского края (В.М.Дорошевич. Сахалин (Каторга). М., Изд.
Сытина, 1903. 639 с.). Рис. 6, 7 взяты из книги И.П.Миролюбова «Восемь лет на
Сахалине». СПб., 1901. 287 с.
Рис. 8. Палач, наказывающий каторжан.
Рис. 9. Мужчина, прикованный к тачке на Сахалине
Рис. 10. Помещения ссыльнокаторжных на Сахалине (пост Дуэ)
Рис. 11. Политкаторжане на сахалинских рудниках
как их тогда называли, тюремных замков, которые стали выполнять не только основную свою функцию, связанную с содержанием преступного элемента, но и дополнительную: в тюрьмах собирали пересыльных осужденных, направляемых для
отбывания наказания на всероссийскую каторгу – о-в Сахалин.
Хабаровская тюрьма. В 1882 г. в административном центре Приамурского
генерал-губернаторства в Хабаровске на ул. Семеновской был выстроен двухэтажный, деревянный, рассчитанный на 110 заключенных тюремный замок (тюремная изба). По его стенам тянулись деревянные лавки, на которых располагались осужденные. Мужчины и женщины содержались вместе, но в разных концах помещения.
Официально Хабаровская тюрьма была открыта лишь 30 марта 1886 г. В высочайшем повелении по этому поводу отмечалось: «... открыть тюремные замки в городах Хабаровске, Благовещенске... Для заведывания тюремными замками учредить должности смотрителей с присвоением VIII класса по чинопроизводству,
VII разряда по пенсии, с годовым окладом в 1200 рублей (500 рублей жалования,
500 рублей столовых и 200 рублей канцелярских денег). Для внутреннего надзора
в Хабаровском и Благовещенском тюремных замках назначить 2 старших и
15 младших тюремных надзирателей с годовым окладом содержания: первым по
480 рублей и вторым по 300 рублей каждому и с присвоением и тем и другим лицам преимуществ, означенных в ст. 551 Устава о службе по определению от Правительства... Предоставить Приамурскому генерал-губернатору: а) распределять
упомянутых надзирателей по указанным тюрьмам; б) заменять сих лиц, в случае
надобности, надзирательницами; в) раздавать как тем, так и другим, в награды, остатки от штатных сумм, определенных на их содержание…
Временно, впредь до накопления в Хабаровском и Благовещенском попечительных о тюрьмах комитетах экономических капиталов, достаточных для покрытия всех относимых законом на сей источник расходов, отпускать в распоряжение
Приамурского генерал-губернатора по 1600 рублей в год на вознаграждение священников, врачей и фельдшеров тюремных замков, предоставив Министру внутренних дел, по миновании надобности в означенном кредите, войти установленным порядком с представлением о закрытии онаго...» [10, с. 99–101]. (Здесь и далее оригинальное правописание документов и названий по возможности сохранены. – Ред.).
Осужденные Хабаровского тюремного замка привлекались на работы по благоустройству строящегося города, заготовке дров, рубке леса для продажи частным
домовладельцам, кузнечные, слесарные, бондарные и столярные. Женщины в качестве прислуги отдавались в семьи офицеров местного военного гарнизона и правительственных чиновников.
Для духовного просвещения арестантов при Хабаровском тюремном замке была возведена церковь, торжественное открытие и освящение которой состоялось
19 сентября 1899 г. Церковь была построена на средства тюремного попечительного комитета.
Этот храм был назван в честь православного праздника Покрова (близлежащая
улица получила название Покровской). В 1900 г. из Москвы в Хабаровск была отправлена икона Пресвятой Богородицы, которую поместили в эту церковь. Первым
настоятелем Покровской церкви был отец Николай Добровидов, а последним –
священник Гавриил Востриков.
Высочайшим повелением от 10 июня 1909 г. должности смотрителя Хабаровской тюрьмы и его помощников были упразднены, охрана тюрьмы была возложена на войска местного военного гарнизона.
117
Долгое время тюремный замок не ремонтировали. Чиновник особых поручений Всеволожский, состоящий при Приамурском генерал-губернаторе Н.П.Линевиче, при очередном осмотре помещений 26 июля 1903 г. сделал неутешительный
вывод о том, что «... тюрьма пришла почти в полную негодность. Все здания настолько стары и ветхи, что требуют капитального ремонта. Деревянное здание гниет, а местами совсем разваливается... Вообще все здание таково, что мало гарантирует от побегов, настолько оно ветхо и плохо приспособлено...» (Российский государственный исторический архив Дальнего Востока – далее РГИА ДВ. Ф. 1, оп. 8,
д. 1856, л. 3–4 об.).
В 1912 г. начались работы по подготовке строительства нового здания Хабаровской тюрьмы. За чертой города под новостройку был подобран участок земли размером в 5 десятин, соприкасавшийся с северо-востока со слободкой МуравьеваАмурского, при условии передачи в собственность города существующего деревянного здания тюрьмы с земельным участком, находящимся под ним. Однако
Главное тюремное управление по финансовым соображениям отказалось от приобретения нового участка.
В июне 1913 г. был организован Временный строительный комитет по возведению нового каменного здания Хабаровской тюрьмы под председательством управляющего акцизными сборами действительного статского советника Н.Г.Камбека и членов комитета городского архитектора А.К.Летеева, архитектора
Б.А.Малиновского, купца А.В.Плюснина. Производителем строительных работ
был назначен архитектор К.С.Дунаевский. Контора по строительству тюрьмы
расположилась в нанятом для этой цели частном доме на углу улиц Лесопильной
и Барабашевской.
В этом же году началось строительство каменных зданий на старом участке на
Военной горе, в квартале, окруженном улицами Тихменевской, Семеновской, Дежневской и Тюремной. В тюрьме согласно разработанному в 1911 г. типовому плану было арестантских корпусов на 245 общих и 18 одиночных камер, здание имело П-образную форму. Рядом строились 2 каменных двухэтажных дома, первый
под квартиры чинов тюремной администрации, второй под жилье тюремных надзирателей. Дошли до нас и имена подрядчиков строительства тюремных сооружений в Хабаровске: Вульф Веркович Кобленц и Соломон Александрович Сегал.
Земляные работы выполняли арестанты, а кирпичную кладку – артель китайцевкаменщиков.
20 октября 1916 г. созванная «для освидетельствования вновь выстроенных
зданий Хабаровской гражданской тюрьмы и приемки таковых» комиссия (инженеры-строители Ю.З.Колмачевский, М.М.Осколков и др.) признала строительство
вполне законченным, заметив, что эта тюрьма «является одним из лучших мест заключения в крае».
Высочайшим повелением от 11 февраля и 18 марта 1915 г. император Николай II утвердил в Хабаровске мужское и дамское отделения Попечительного о
тюрьмах общества с утверждением в звании почетных директоров и директрис
следующих лиц: ревизора акцизного управления края И.П.Сырова, начальника уездного полицейского управления М.А.Телятьева, управляющего государственным
имуществом М.С.Веденского, управляющего делами фирмы «Чурин и Ко»
А.Ф.Топоркова, управляющего государственным банком А.С.Богданова, купца
П.М.Новопашенного, управляющего делами фирмы «Кунст и Альберс» В.Л.Рубцова, городского нотариуса И.К.Волковинского, купца И.П.Пьянкова, , жен инженеров М.В.Ливеровскую, Ю.Л.Бирюкову, потомственных почетных гражданок
Э.Я.Пахорукову, А.Е.Плюснину и А.И.Богданову, жен инженеров М.М.Марсову118
Александр II – царь освободитель
Брать именем дьявола
В храме, семье и школе
Журнал «Вестник Российского Общества
Красного Креста».
1889, 1892, 1894, 1899 гг.
Владимир Мономах
Делатели золота
Два брата
Житие Святого Петра Мытаря
Жизнь Христиан в веке Апостолов
Житие Святого Апостола Евангелиста Луки
Иисус Христос на голгофе
Кровавые слезы
Как в простоте живут люди
Конек Горбунок
Книга для чтения в военных школах
Молитвенники для заключенных
Москва во время чумы
Можно ли знать, когда будет кончина
Наставления и утешение Святой веры Христианской...
Не божись понапрасну
Не способный человек
Не всякое добро Богу приятно
Народная война 1812 года
О жизни и подвигах Святого Иннокентия
Очерки из американской жизни
Почтовые правила
Приложение к журналу «Вестник Общества
Красного Креста»
Газета «Приамурские ведомости» с мая 1897 по
май 1900 г.
Журнал «Русский Паломник» за 1890 г. № 2, 3
Святой Сергий Радонежский
Слово Праздное
Слово всем крещеным
Спартак
Татарский погром
Журнал «Тюремный вестник» с 1893 по 1900 г.
Указание пути в Царствие Божие
Христофор Колумб
Честный вор. Рассказы о хороших людях
Приемыш
Житие Святых
Подвиг и страдания Святого Апостола Андрея
Первозванного
Краткое руководство для антропологических
измерений
с целью определения рецидивистов
Каталог хирургических инструментов
Две совести
Мой отец
Евангелие
Сказки русских писателей
Благовещение Святой Богородицы
Журнал «Нева» за 1889–1895 гг.
119
Тишевскую и Е.Н.Первушину, жену купца В.А.Пьянкову, жену товарища прокурора А.Н.Сошкину, жену действительного статского советника А.Л.Витковскую
(всего 19 человек).
Члены попечительного комитета Хабаровской тюрьмы занимались сбором
средств на дополнительное питание, пошив одежды для осужденных, а также на
ремонт тюремных помещений и покупку книг для тюремной библиотеки.
Каталог книг и периодических изданий библиотеки Хабаровского тюремного замка по состоянию на 18 января 1902 г. (РГИА ДВ. Ф. 1, оп. 8, д. 1580,
л. 32, 32 об.):
Одними из первых смотрителей Хабаровской тюрьмы были И.И.Шабанов, Битюцкий, Миньков. Последним (царским) ее начальником был Владислав Рафаилович Каминский [4].
Благодаря сохранившимся документам РГИА ДВ автору удалось создать представление и о количественном составе заключенных Хабаровского тюремного замка (табл. 1).
В 1882 г. в Хабаровске на ул. Муравьева-Амурского, на участке, принадлежавшем областному полицейскому управлению, где оно и размещалось, со стороны
улицы Артиллерийской были выстроены деревянные здания, которые занимала
Хабаровская ссыльнокаторжная команда временного отдела Сахалинской каторги
(около 200 чел.). Здесь в основном размещались пересыльные каторжные, этапируемые на Сахалин. Хабаровская ссыльнокаторжная команда как пересыльная
тюрьма просуществовала до февраля 1912 г.
В 1894 г. после реформирования ссыльнокаторжной команды местные власти
разрешили привлекать осужденных к работам по строительству Северо-Уссурийской железной дороги (один из участков Амурской железной дороги). При этом
200 осужденных из Хабаровского каторжного острога были направлены в распоряжение подрядчика земляных работ по строительству железнодорожной ветки на
речной пристани у Хабаровска. На 1 января 1892 г. заняты на этих работах были
266 осужденных (235 мужчин и 31 женщина), на 1 января 1893 г. – 205, на 1 января 1898 г. – 278. На работах по обслуживанию Анненских минеральных ключей,
находившихся на территории Удской округи, на 1 января 1892 г. отбывали наказание 73 ссыльнокаторжных, на 1 января 1896 г. – 35. Осужденные на Анненских минеральных ключах занимались исключительно постройкой жилищ, проведением
дорог, рубкой лесных просек.
Владивостокская тюрьма. На территории Приморской области одним из
крупнейших учреждений по содержанию осужденных был Владивостокский тюремный замок, основанный 18 мая 1889 г. Под тюрьму был переоборудован частный дом, рассчитанный всего на 150 заключенных и арендуемый Главным тюремным управлением у американского подданного купца Смита за 1900 руб. в год по
контракту, заключенному 1 мая 1888 г. Когда же помещения стало недостаточно, то
по следующему контракту, заключенному 2 сентября 1891 г. Главным тюремным
управлением с купцом 2-й гильдии Гольденштедтом за 2250 руб. в год, под тюрьму дополнительно было нанято и переоборудовано еще одно деревянное здание.
Сроки контрактов заканчивались в 1894 г. Оба наемных здания находились недалеко друг от друга (дом, арендованный под тюрьму у купца Смита, – по ул. Светланской, у купца Гольденштедта, – по ул. Набережной в Жариковском переулке) и
напоминали тюремные замки только тем, что были окружены высоким забором и
имели металлические решетки на окнах.
До 1889 г. арестанты содержались в арестном доме при Владивостокском городском полицейском управлении, а особо опасные рецидивисты – в помещениях
120
Таблица 1
Осужденные, отбывающие наказания в Хабаровском тюремном замке
в 1892—1913 гг., чел.
Источник: РГИА ДВ. Ф. 1, оп. 8, д. 719, л. 52—145 об.; д. 1730, л. 43, 43 об.; д. 2018, л. 202, 203;
д. 1469, л. 93, 94; д. 2733, л. 71; д. 2923, л. 15.
Примечание. Данные по состоянию на 1 января, для 1902 г. – на 1 августа и для 1913 г. – на 1 февраля. Прочерк – нет данных.
Год Количество заключенных
Всего Мужчины Женщины
1891 426 366 60
1892 373 321 52
1893 299 – –
1894 285 – –
1897 211 206 5
1898 284 278 6
1899 208 200 8
1900 99, из них:
под следствием – 51;
осужденных – 35;
пересыльных на Сахалин – 13
– –
1901 88, из них:
под следствием – 44;
осужденных – 29;
пересыльных на Сахалин – 15
– –
1902 180 – –
1912 201 – –
1913 300 291 9
военной гауптвахты. Здания тюрьмы долгое время не соответствовали своему прямому назначению. В них были оборудованы лишь временные тюремные помещения, отсутствовали комнаты для отправления культовых обрядов и церковных богослужений. При тюрьме не было ни бани, ни больницы или хотя бы фельдшерского пункта. Лечение арестантов производилось в занимаемых ими камерах или,
в крайнем случае, их вывозили в военные госпитали сухопутного или морского ведомств. Помещений для содержания арестантов не хватало, поэтому обязательное
распределение по категориям, половому признаку было затруднительно, а тюремные камеры находились в антисанитарном состоянии.
Оба здания тюрьмы были рассчитаны всего на 50–80 осужденных, однако в
среднем в них находились от 130 до 160 чел. Бродяги, ссыльнокаторжные и особо
опасные преступники содержались во втором корпусе (в здании, арендуемом у
купца Гольденштедта, как наиболее прочном и удаленном от центра города). Остальные арестанты содержались в первом корпусе тюрьмы (в ветхом, расположенном на проезжей улице здании, арендуемом у купца Смита).
Состояние Владивостокской тюрьмы наглядно описано в рапорте от 29 июля
1903 г. за № 27 капитана Кушакова, состоящего в должности дежурного адъютанта при Приамурском генерал-губернаторе Н.П.Линевиче. При осмотре помещений
тюремного замка он отмечал: «Помещения тесные, вовсе не ремонтированы, темные и до невозможности грязные. Караульное помещение ниже уровня земли, под
горою, и во время дождей постоянно затопляется водой. Окна, двери, полы во всех
флигелях со щелями, крыши протекают, в стенах, потолках и полах всюду щели,
грязь, зловоние и масса клопов... Камеры в деревянном сыром корпусе настолько
темные, что днем нельзя читать без свечки... Начальник тюрьмы не может добиться того, чтобы сделали хотя бы самый необходимый ремонт... В тюрьме нет решительно никаких работ. Мастерских нет за неимением помещения. Религиознонравственных бесед, кроме воскресной проповеди, не бывает. Библиотеки также
нет...» (РГИА ДВ. Ф. 1, оп. 8, д. 1915, л. 14–17).
Ежегодно Приморское областное правление в лице Владивостокского комитета
Попечительного о тюрьмах общества объявляло открытые торги на поставку продовольствия для Владивостокской тюрьмы. Так, 30 апреля 1912 г. контракт на поставку мяса был заключен с купцом Стефаном Игнатьевичем Франки, а на поставку муки, сала, риса, крупы гречневой и других продуктов питания – с крестьянином Прокопием Мартыновичем Краснюком. Контракт, заключенный с крестьянином П.М.Краснюком, содержал следующее: «...1) Я, Краснюк, обязуюсь доставлять для довольства арестантов Владивостокской тюрьмы в течение годичного
срока с 1 мая 1912 г. по 1 мая 1913 г. муку пшеничную или ржаную простого размола в количестве 6 800 пудов по цене 1 руб. 29 коп. за пуд; 2) муку пшеничную
или ржаную обязуюсь доставлять хорошего качества, без примеси или фальсификации, свежую, не затхлую, сухую...; 3) доставку муки в тюрьму обязуюсь производить собственными средствами на свой счет партиями до одного вагона по наряду начальника Владивостокской тюрьмы...; 4) мука, признанная при приемке недоброкачественной или не отвечающей условиям п. 2 контракта, должна быть мною
немедленно заменена, без задержки; 5) годовое количество муки может быть изменено в зависимости от прибыли или убыли арестантов от других поставщиков или
магазинов; 6) уплата денег за муку производится через две недели по истечении
каждого месяца; 7) в обеспечение исправного выполнения подряда обязуюсь внести в кассу тюремного Попечительного комитета залог в сумме 878 руб.; 8) если
по моей вине произойдет задержка в доставке муки, начальник тюрьмы имеет
право приобрести муку от посторонних лиц по ценам, какие потребуются, за
121
счет уплаченного мною залога, после чего залог пополняется из первых причитающихся мне платежей за муку, поставленную в тюрьму...; 9) все расходы по заключению настоящего контракта я принимаю на себя…» (РГИА ДВ. Ф. 1, оп. 8,
д. 2720, л. 65–65 об.).
Количественный состав заключенных Владивостокского тюремного замка наглядно представлен в табл. 2.
Зимой, когда в морских заливах вставал лед, во Владивостокской тюрьме ежедневно содержалось до 240 пересыльных заключенных, этапируемых на Сахалин.
Никольск-Уссурийская тюрьма. Никольск-Уссурийский тюремный замок
был построен в 1882 г. в селе Никольском Южно-Уссурийской округи. Однако
первоначально арестанты так же, как и во Владивостоке, размещались в частном
крестьянском доме, нанимаемом казной за 600 руб. в год и рассчитанном всего
на 40 осужденных. Помещение это также не соответствовало своему прямому
назначению. Тем не менее на 1 января 1893 г. в Никольск-Уссурийской тюрьме
отбывали наказание 10 чел., на 1 января 1898 г. – 44, а на 1 августа 1902 г. – 118,
на 1 апреля 1913 г. – 552 (552 мужчины, женщин нет) (РГИА ДВ. Ф. 1, оп. 8,
д. 2923, л. 26, 26 об).
Помещение не обеспечивало соблюдение режима содержания значительно увеличившегося числа арестантов, и дирекция тюремного попечительного комитета
была вынуждена обратиться к военному губернатору Приморской области
Н.М.Чичагову с просьбой разрешить заключить контракт с одним из частных домовладельцев города, пожелавшим передать в аренду одно из своих зданий под дополнительное помещение тюремного замка. 22 июня 1902 г. такой контракт был
подписан между полицмейстером Никольск-Уссурийска Павлом Михайловичем
Паутом и местным дворянином Михаилом Викторовичем Ивановым сроком на три
года (с 15 сентября 1902 г. по 15 сентября 1905 г.).
По условиям контракта М.В.Иванов брал на себя следующие обязательства:
«...1) во все 37 окон дома, соответственно размерам их, сделать из железа... ре122
Таблица 2
Отбывающие наказания во Владивостокском тюремном замке
в 1892—1913 гг., чел.
Источник: РГИА ДВ. Ф. 1, оп. 8, д. 2923, л. 129, 129 об.; д. 1730, л. 43, 43 об.; д. 2018, л. 202—208;
д. 1469, л. 93, 94; д. 2733, л. 71; д. 2923, л. 6, 6 об.
Примечание. Данные по состоянию на 1 января. Прочерк – нет данных.
Год Количество заключенных
Всего Мужчины Женщины
1891 80 78 2
1892 98 – –
1893 113 – –
1894 169 – –
1897 155 154 1
1898 141 138 3
1899 180 179 1
1900 199 198 1
1901 196, из них:
под следствием – 100;
осужденных – 51;
пересыльных на Сахалин – 45
– –
1902 211 – –
1912 694 – –
1913 764 733 31
шетки, вставить и прочно заделать их в кирпич; 2) дом и отведенный мною под
тюрьму участок должны быть обнесены тесовым забором в 4,5 аршина вышиною, на столбах и в 6 аршин длиною и не менее 4 вершков толщиной. Обшивка
должна быть вертикальной на 4 решетины размерами 1,5 х 1,5 вершка. Столбы
должны быть зарыты в землю на глубину не менее двух аршин и с промежутками между собою не более сажени; 3) в самом помещении тюрьмы должны быть
сделаны мною съемные, щитами, нары на 100 человек арестантов, из вершковых
досок и должны быть окрашены масляною краскою; 4) к 15 дверям должно быть
сделано по 2 железных запора, из колосового железа, и сами запоры прочно вделаны.
Дверные запоры как равно и оконные решетки должны быть выкрашены черною масляною краскою; 5) для тюремной кухни я приобретаю два котла следующей емкости: медный в 20 ведер и чугунный в 15 ведер и кроме того для чая медный куб в 10 ведер. Котлы и куб должны быть вмазаны и прочно вделаны в кухонную печь; 6) всю означенную выше работу я согласен взять на себя за ассигнованную сметой сумму в 3 000 рублей, из коих 1500 рублей, ввиду заготовленного
мною на эту сумму материала, я должен получить при подписании настоящего условия, а остальные 1500 рублей по приеме оконченных работ комиссией.
В случае неисполнения мною или неточного выполнения взятых на себя работ
в отношении размеров материала и качества его, я представляю право за неисполненное или не в точности выполненное мною произвести вычет из второй половины
подлежащих мне за работы денег; 7) ввиду того, что по смете забор предполагался всего на протяжении 62 саженей, а я ставлю его на протяжении 86 саженей, т. е.
на 24 сажени больше, то этот излишне поставленный забор по окончании срока
аренды принадлежит мне, но тюремное начальство за пользование таковым во время аренды мне ничего не платит; 8) расходы по заключению настоящего условия я
беру на себя; 9) настоящие условия я должен выполнять свято и ненарушимо...»
(РГИА ДВ. Ф. 1, оп. 8, д. 1469, л. 119, 120).
Николаевская тюрьма. Николаевский тюремный замок был основан в 60-х годах ХIХ в. Первоначально помещения тюрьмы располагались в одном из деревянных бараков, рассчитанных всего на 45 осужденных (между тем в нем содержалось
до 300 и более арестантов). Тюрьма являлась главным пересыльным пунктом для
каторжан, этапируемых на Сахалин. Партии ссыльнокаторжных иногда насчитывали до 800 чел. и содержались в исключительно неблагоприятных условиях.
Из принятого 15 сентября 1895 г. собранием директоров Николаевского отделения Попечительного о тюрьмах общества постановления следует, что в 1892 г. в
тюрьме содержалось 3436 осужденных, в 1893 г. – 6243, в 1894 г. – 8682 (РГИА ДВ.
Ф. 1, оп. 8, д. 104, л. 131—134).
По данным на 28 апреля 1892 г., Николаевская тюрьма так обветшала, что ее ремонт был невыгоден казне. Тюремная ограда завалилась, а двор освещался всего
двумя фонарями, висевшими на изрядно подгнивших и покачивающихся столбах.
Полы и нары тюремного помещения требовали капитального ремонта. Крыша текла и всюду была покрыта мхом (РГИА ДВ. Ф. 1, оп. 8, д. 104, л. 68–70; 85–85 об.).
Тюрьма не только не соответствовала своему прямому назначению, но была небезопасна для осужденных, так как в любую минуту могла обрушиться. Однако, несмотря на неоднократные просьбы городского тюремного попечительного комитета, никто из домовладельцев не откликнулся на предложение о выделении в аренду частных построек под здание новой тюрьмы.
О том, что санитарные нормы содержания осужденных в тюрьме не соблюдались, наглядно свидетельствует донесение за № 450 от 13 января 1892 г. временно
123
командующего войсками Приамурского военного округа генерал-майора Юнакова,
направленное на имя Приамурского генерал-губернатора А.Н.Корфа: «...считаю не
лишним донести до сведения Вашего Превосходительства, что во время пребывания
моего в г. Николаевске летом прошлого 1891 г. я застал там две партии ссыльнокаторжных в 600 и 759 человек, прибывших туда 12 и 16 июня. По высадке с барж
Амурского пароходства ссыльнокаторжные были размещены в тюремном замке –
старом деревянном строении, обнесенном прогнившим частоколом.
В тюремном здании, предназначенном для помещения лишь 200 человек, было
размещено 400 человек, остальные 200 расположились на открытом дворе под открытым небом и до того скученно, что трудно было пробраться между ними... Так
как 12 и 14 июня шел дождь, то на дворе стояла грязь по колено, ссыльнокаторжные, не поместившиеся в здании, мокли под дождем и лежали в грязи... Насколько я мог заметить, администрация довольно апатично и равнодушно относилась к
нуждам ссыльнокаторжных...» (РГИА ДВ. Ф. 1, оп. 8, д. 89, л. 215—216 об.).
В 1887 г. под здание тюрьмы в Николаевске было отдано старое здание городского пожарного депо. Новая гражданская каменная тюрьма здесь была построена
лишь в 1910—1913 гг.
Тюремные замки как пересыльные тюрьмы. Одна из важнейших особенностей, которая влияла на динамику численности осужденных, содержащихся в
дальневосточных тюрьмах, связана с тем, что тюремные замки Приамурского генерал-губернаторства часто использовались в качестве пересыльных пунктов
для ссыльнокаторжных, этапируемых на всероссийскую каторгу – остров Сахалин. Об этом наглядно свидетельствуют материалы архивных документов. Например, в рапорте от 16 июля 1900 г. за № 1235 начальник Владивостокской
тюрьмы сообщал военному губернатору Приморской области Н.М.Чичагову, что
9 июля 1900 г. из Владивостокского тюремного замка в сопровождении шести
тюремных надзирателей на Сахалин было отправлено 120 осужденных
(РГИА ДВ. Ф. 1, оп. 8, д. 1279, л. 22).
В очередном рапорте от 30 сентября 1902 г. за № 2459 на имя военного губернатора Приморской области Н.М.Чичагова начальник Владивостокской тюрьмы докладывал: «...вверенная мне тюрьма до нельзя переполнена населением и в настоящее время в ней содержатся 243 арестанта. Теснота и скученность не представляют
возможности принимать вновь прибывающих арестантов. Не хватает котлов для пищевого довольствия...» (РГИА ДВ. Ф. 1, оп. 8, д. 1730, л. 102—102 об.).
Хабаровский полицмейстер в рапорте от 28 сентября 1902 г. за № 14657 на имя
военного губернатора Приморской области Н.М.Чичагова сообщал, что из числа
содержащихся в Хабаровской тюрьме арестантов «...подлежат отправке на остров
Сахалин 5 человек ввиду скорости прекращения навигации и во избежание оставления арестантов на зиму в Хабаровском тюремном замке, который, по прекращении навигации, предполагаю, будет переполнен арестантами...» (РГИА ДВ. Ф. 1,
оп. 8, д. 1730, л. 111, 111 об.).
Путь на каторгу. До 1879 г. ссыльнокаторжных в основном отправляли на Сахалин пешком по суше через всю Сибирь, и лишь от Хабаровска партии каторжан
по Амуру сплавлялись до Николаевска, а оттуда их на специальных баржах подвозили до места назначения. Сибирский пеший каторжный путь был самым долгим,
иногда до 2—3 лет.
Во время медицинского освидетельствования определялись физические возможности ссыльнокаторжных преодолеть огромное расстояние до Сахалина.
Медицинские комиссии, руководствуясь специальным документом – «Расписанием болезней и телесных недостатков», выявляли больных осужденных, которых
124
нельзя было отправлять на Сахалин. В состав медицинских комиссий, проводивших первичный осмотр, кроме врачей входили представители тюремной администрации и служащие прокуратуры, а в случае разногласий между членами медицинской комиссии окончательное решение принимал губернатор.
В 1879 г. российское правительство произвело первый опыт отправки ссыльнокаторжных на Сахалин морским путем из Одессы на пароходах общества Добровольного флота («Кострома», «Нижний Новгород», «Владивосток», «Байкал»,
«Ярославль», «Россия») и дальнейшего (после отбытия срока каторжных работ)
поселения на острове. Арендованные Главным тюремным управлением Министерства юстиции России у Добровольного флота пароходы были специально оборудованы под плавучие тюрьмы. В трюмах устанавливались специальные металлические решетки и трубы с множеством сквозных отверстий, чтобы в случае бунта в отсеки с осужденными запускать горячий пар. Каждый раз, напутствуя партии
ссыльнокаторжных, отправляемых на Сахалин, одесский градоначальник произносил «пламенную речь» следующего содержания: «...Вас правительство посылает
на Сахалин, где вы можете исправиться и быть еще полезными людьми. В пути вы
должны вести себя прилично, а при малейшем ослушании велю вас ошпарить паром как тараканов» [3, с. 139].
Плавание не всегда заканчивалось благополучно. Так, Главное тюремное управление в отчете за 1887 г. сообщало, что «...из трех пароходов, вышедших из Одессы
с партиями каторжных и их семействами, только два – «Нижний Новгород» и «Россия» достигли своего назначения. Третий пароход – «Кострома», оставивший в пос.
Корсакове 300 чел. каторжных и часть своего груза, 16 мая потерпел крушение. Экипаж и находившихся на судне 224 осужденных (один умер во время плавания) удалось спасти и затем благополучно доставить на другом пароходе в место назначения.
Казенный же груз, состоявший из 60 тыс. пудов ржи, муки и круп, погиб... Казна понесла от этой аварии убыток на сумму 70 тыс. руб., так как груз тюремного ведомства, как имущество казенное, не был застрахован...» [11, с. 211].
По данным Главного тюремного управления, в 1886 г. на Сахалинскую каторгу
из Одессы на пароходах общества Добровольного флота было вывезено 1050 мужчин и 115 женщин [10, с. 76, 77].
В 1887 г. на пароходах «Кострома» и «Нижний Новгород» было перевезено
4050 ссыльнокаторжных мужчин. На пароходе «Россия» на Сахалин было отправлено 107 ссыльнокаторжных женщин и 21 ребенок, а также 82 женщины, добровольно следующие за своими мужьями, с женщинами находились 125 детей [11, с.
210]. Общее количество каторжан, доставляемых на Сахалин пароходами Добровольного флота, ежегодно составляло около 1 тыс. мужчин и до 150 женщин и детей. Кроме того, около 100 женщин и детей добровольно следовали морским путем на Сахалин за своими осужденными родственниками [8, с. 49] (с 1883 г. на Сахалин начали посылать каторжных женщин и (по желанию) семейства ссыльнокаторжных. Подобная высылка семейств производилась в течение всего существования каторги. После испытательного срока каторжанам, имеющим семью, разрешалось жить с ней при условии выполнения дневного «урока» – задания).
По данным Приморского областного статистического комитета, в течение 1901 г.
пароходы Добровольного флота совершили 24 рейса на Дальний Восток и перевезли
транзитом на Сахалин 1052 ссыльнокаторжных и членов их семей [9, с. 8].
Морской путь движения каторжных на Сахалин и избрание острова местом поселения ссыльных после отбытия каторги оказались настолько практичными, что,
согласно заключению начальника Главного тюремного управления Н.М.ГалкинаВраского, командированного в 1881—1882 гг. в Сибирь и на Сахалин, было решено
125
удвоить ежегодную отправку каторжан на остров, признав его главным пунктом
сосредоточения данной категории преступников, – первоначально для отбывания
назначенного им судом наказания, а затем для окончательного поселения на Сахалине и его хозяйственного освоения.
Ссыльнокаторжные – уроженцы губерний Европейской России – сосредоточивались в Московской пересыльной тюрьме, а также в двух центральных каторжных тюрьмах близ Харькова (Новоборисоглебской и Новобелгородской), служивших основными пунктами для отправки через Одессу на Сахалин. Уроженцы же
южных губерний направлялись в Одессу, минуя Московскую и Харьковскую пересыльные тюрьмы. В Московской и Харьковской пересыльных тюрьмах перед отправкой на Сахалин регистрировали и подсчитывали осужденных, проводили медицинское освидетельствование (общий осмотр состояния здоровья), а также
снабжали их вещевым имуществом.
Сахалинские каторжные тюрьмы. Начало «штрафной» колонизации Дальневосточного региона и его хозяйственного освоения с помощью труда каторжан и
ссыльнопоселенцев было положено строительством первых каторжных тюрем на
Сахалине. Прежде чем окончательно решить вопрос об устройстве каторги на острове, основываясь на примере организации английских, французских, испанских,
португальских и бразильских ссыльнокаторжных колоний, Министерство внутренних дел России неоднократно (с 1868 по 1871 г.) направляло на Сахалин различные
комиссии для изучения пригодности острова для пенитенциарных нужд. Комиссии
состояли в основном из представителей и чиновников министерства, специалистов
в области горного дела, сельского хозяйства. Туда же в 1859 г. из Нерчинского горного округа впервые была отправлена экспериментальная партия каторжан (чуть более 300 чел.) для организации принудительных работ по добыче каменного угля.
Каторжные тюрьмы на Сахалине стали строиться согласно утвержденному 18 апреля 1869 г. указом императора Александра II положению «Об устройстве каторжных работ». В положении предусматривалось: «1) предоставить генерал-губернатору Восточной Сибири немедленно приступить к высылке на остров Сахалин до
800 человек ссыльнокаторжных для употреблениях их там в соответствующие назначению работы; 2) на расходы по препровождению сих каторжных на Сахалин, по
содержанию их там и по организации временного над ними управления отпустить
ныне же, согласно расписанию, в распоряжение генерал-губернатора Восточной Сибири авансом из Иркутского губернского казначейства 120 тысяч рублей и отнести
означенную сумму на счет государственного казначейства...» [13, с. 330].
Сразу же после императорского указа на Сахалин была доставлена первая партия ссыльнокаторжных – 800 чел. (некоторые из них были помещены в южной части острова, в постах Корсаковском и Ильинском, около 100 чел. направлены в северную часть для устройства Александровской сельскохозяйственной фермы; остальные посланы на каменноугольную шахту поста Дуэ). В следующие два года в
Дуэ было направлено еще 415 каторжан. Кроме добычи каменного угля они занимались строительством казарм, прокладкой дорог, обработкой сельскохозяйственных угодий.
После посещения в 1876 г. Сахалина генерал-губернатором Восточной Сибири
П.А.Фредериксом было принято решение о строительстве на острове первой стационарной каторжной тюрьмы. Тюрьму возвели на месте бараков Дуэской каторжной команды. Ее открытие дало возможность значительно увеличить на острове
численность «штрафного контингента». Если на 1 января 1874 г. в посту Дуэ находилось 356 каторжан (337 мужчин и 19 женщин), на 1 января 1875 г. – 300
(286 мужчин и 14 женщин), то к 1882 г. их было уже 3500, что составляло 82 %
126
всех осужденных, находившихся в тот период на Сахалине (РГИА ДВ. Ф. 1, оп. 1,
д. 477, л. 207).
К 1885 г. на Сахалине насчитывалось около 8 тыс. ссыльнокаторжных, в
1888 г. – 5973 ссыльнокаторжных [11, с. 74], в 1893 г. – 13 267 4 , а в 1902 г. – уже около 30 тыс. (24 341мужчина и 4740 женщин).
Быстрый рост ссыльнокаторжного населения повлек строительство новых тюрем. Если первые каторжные тюрьмы строили только в северной части острова
(Александровском округе), где более суровый климат, то впоследствии их строительство перекинулось и на юг Сахалина, в Корсаковский округ. В Александровском округе находились каторжные тюрьмы Александровская, Дуэская и Жонкьерская; в Тымовском – Рыковская, Онорская, Малотымовская и Дербинская; в Корсаковском – Корсаковская и Тарайская.
Попытка хозяйственного освоения Сахалина. Для развития сельского хозяйства на Сахалине российское правительство в 1869 г. решило завезти в южную
часть острова крестьян-вольнопоселенцев. Поздней осенью этого же года 10 семей
из Тобольска и 11 семей из Благовещенска (119 чел.) были привезены в пост Корсаковский. Но люди страдали от голода и через 15 лет были вынуждены выехать
обратно на материк. После этого в течение почти 40 лет российское правительство не предпринимало подобных попыток [7, с. 50].
Несмотря на все старания правительства, земледелие на Сахалине не приживалось. Причины – неблагоприятные климатические условия, гористая поверхность
острова и влияние холодного Охотского моря. Поэтому администрация была вынуждена направить все усилия на создание на острове не сельскохозяйственных, а
промышленных ссыльнопоселенческих колоний, занятия которых – добыча угля,
рыбный промысел, вырубка леса, строительство административных зданий, прокладка дорог, возведение морских причалов и т. п., а земледелие оставить как второстепенное занятие.
Добычи каменного угля на Сахалине началась на первых каменноугольных
шахтах, в окрестностях поста Дуэ. Еще в 1852 г. здесь добывали уголь местные воинские команды. По распоряжению генерал-губернатора Восточной Сибири
М.С.Корсакова, с 1 августа 1862 г. на разработку дуэских каменноугольных копей
стали привлекать исключительно ссыльнокаторжных. За каждый добытый пуд угля была установлена сдельная оплата труда, и эта мера способствовала некоторому увеличению добычи угля: заявки на его поставку от морского министерства, военного и железнодорожного (Уссурийская железная дорога) ведомств постоянно
увеличивались. Заинтересованность в покупке сахалинского угля проявляли также
Китай и Япония.
Сроки наказания каторжан. По статистическим данным, которые приводит в
своей книге А.П.Чехов, из 5 905 ссыльнокаторжных, находившихся на Сахалине в
1890 г., было осуждено на различные сроки каторжных работ: до 8 лет – 2124 чел.
(36 %); от 8 до 12 лет – 1567 (26,5 %); от 12 до 15 лет – 747 (12,7 %); от 15 до
20 лет – 731 чел. (12,3 %); бессрочных – 386 чел. (6,5 %); осужденных на срок от
20 до 50 лет – 175 чел. (3 %). Таким образом, осужденные на срок до 12 лет составляли 62,5 %, то есть несколько больше половины общего числа лиц, осужденных
судом на каторжные работы [15, с. 221, 222]. В 1904 г., накануне Русско-японской
войны, на Сахалинской каторге отбывали наказание в виде каторжных работ
4270 чел. (3836 мужчин и 434 женщины) [12, с. 18].
127
4 Данные приводятся вместе с ссыльнопоселенцами (см.: Всеподданнейший отчет Приамурского генерал-губернатора С.М. Духовского за 1893, 1894 и 1895 гг. СПб., 1895. С. 5).
После каторги. Когда приближался срок окончания каторжных работ, осужденному предоставлялась возможность построить дом и обзавестись собственным
хозяйством в одном из поселений острова. Каждому освободившемуся, переведенному после окончания назначенного судом срока каторжных работ в разряд ссыльнопоселенцев, государство оказывало материальную и небольшую финансовую
помощь. Для бытового и хозяйственного обустройства ссыльнопоселенцам с казенных складов отпускали необходимый строительный материал (лес, железо,
стекло, гвозди, различный инструмент).
На 1 января 1890 г. во всех трех сахалинских округах ссыльнокаторжных обоего пола насчитывалось 5610 чел. Из них 77 % содержались в тюрьмах, а 23 %
(из разряда исправляющихся) жили вне тюрем при мастерских и другого рода хозяйственных казенных заведениях или в построенных близ тюрем своих собственных избах [1, с. 51].
На 1 января 1891 г. на Сахалине насчитывалось 3850 [там же, с. 53], а на 1 января 1900 г. – уже 13000 ссыльнопоселенцев, из которых 5449 вели 5080 отдельных хозяйств и имели в своем распоряжении 5325 десятин разработанной земли
(в среднем по 2 515 кв. саженей на каждое хозяйство) [2, с. 128].
История сахалинской каторги завершилась с поражением России в войне с
Японией. После отторжения Японией южного Сахалина российское правительство вынуждено было прекратить дальнейшее хозяйственное освоение острова, закрыть каторжные тюрьмы, а ссыльнокаторжных вывезти на материк и разместить
по сибирским тюрьмам.
В годы Русско-японской войны ссыльнокаторжные принимали активное участие в военных действиях на Сахалине. Многие из них записывались в «вольные
дружины», героически защищавшие остров. Напомним, что 11 июля 1905 г.
японцы заняли пост Александровский, а 20 июля в селении Оноры Тымовского
округа русская армия сдалась японцам. После окончания войны добровольцам
«вольных дружин» были предоставлены следующие льготы: ссыльнопоселенцам
и крестьянам из ссыльных разрешалось избрать любое место жительства в пределах Российской империи, но с запрещением в течение 5 лет проживать в столичных городах и губерниях; перевозка семей к новому месту проживания производилась за счет казны; желающим остаться в Сибири и заниматься сельскохозяйственным трудом в Томской и Тобольской губерниях отводили необходимые
участки земли; ссыльнокаторжным, у которых еще не окончился срок наказания,
в оставшийся срок засчитывалось время, истекшее с момента начала военных
действий [5, с. 651–660].
Официально сахалинская каторга была закрыта 10 апреля 1906 г. Царский указ,
утвердивший мнение Государственного совета, гласил: «...Государственный совет,
в чрезвычайном общем собрании, рассмотрев внесенную, по Высочайшему повелению, меморию Совета министров по делу о прекращении дальнейшей ссылки
преступников на Сахалин, мнением положил:
1) дальнейшую ссылку преступников на остров Сахалин в каторжные работы и
на поселение, а также водворение бродяг на этом острове прекратить;
2) существующие правила Положения об управлении островом Сахалином
впредь до пересмотра сих правил оставить в силе, с подчинением общего управления Министерству внутренних дел;
3) впредь до издания нового закона о порядке отбывания наказания за бродяжничество отправлять бродяг, по отбытии ими заключения в исправительных арестантских отделениях, для водворения в Якутскую область, с причислением к
ссыльнопоселенцам на основании правил Устава о ссыльных...
128
Резолюция. Его Императорское Величество воспоследовавшее мнение в чрезвычайном общем собрании Государственного cовета о прекращении дальнейшей
ссылки преступников на Сахалин Высочайше утвердить соизволил и повелел исполнить» [14, с. 340, 341].
Итоги сахалинской каторги. За 36 лет существования сахалинской каторги на
острове отбыли наказания свыше 30 тыс. осужденных (каторжан и ссыльнопоселенцев). Реализация политических и военно-стратегических планов царского правительства по усилению влияния России на берегах Тихого океана, присоединение
богатых природными ресурсами дальневосточных территорий, необходимость их
энергичного экономического и хозяйственного освоения, а также поиск новых
форм и возможностей для применения принудительного труда каторжан и ссыльнопоселенцев способствовали образованию на территории Дальнего Востока
мощной карательной системы – сахалинской каторги, получившей во второй половине ХIХ—начале ХХ в. всероссийское значение.
Приступив к реализации плана «штрафной» колонизации Дальнего Востока,
царское правительство целенаправленно наращивало на территории пенитенциарный контингент, преследуя при этом три главные цели.
1. В связи с нарастанием в Европейской России общественно-политического и
революционного движения удалить на окраины страны огромное число государственных и уголовных преступников.
2. Присоединив к России богатую природными ресурсами территорию Дальнего Востока, начать ее освоение, используя сравнительно дешевый труд осужденных – каторжан и ссыльнопоселенцев.
3. Создать и укрепить военно-полицейский и чиновничий аппарат, призванный
обеспечить стратегические интересы России на востоке страны.
Эти цели были реализованы.
ЛИТЕРАТУРА
1. Всеподданнейший отчет Приамурского генерал-губернатора А.Н.Корфа за 1886–1891 годы. Хабаровск, 1892. 68 с.
2. Всеподданнейший отчет Приамурского генерал-губернатора Н.И.Гродекова за 1898–1900 годы.
Хабаровск, 1901. 148 с.
3. Госткевич Г.В. Записки пролетарца // Каторга и ссылка. Историко-революционный вестник / Ред.
В.Д.Виленский-Сибиряков. 1926. № 6 (27). С. 135–140.
4. Жуков А. Из истории Хабаровской тюрьмы // Тихоокеанская звезда. 1996. 12 окт.
5. Именной Высочайший указ Правительствующему Сенату 18 марта 1906 г. «Об облегчении участи ссыльных, кои вынуждены были по военным обстоятельствам покинуть остров Сахалин во второй
половине 1905 года» // Устав о содержащихся под стражей (изд. 1890 г. и по продолжению 1909 г.). Приложение № 101 к п. 23 ст. 168 / Сост. А.Н.Рябчиков. СПб., 1912. 823 с.
6. История российского Приморья: Учебное пособие. Владивосток: Дальнаука, 1998. 248 с.
7. История Сахалинской области: Учебное пособие по краеведению / Ред. Н.И.Колесников и
В.Л.Поляков. Южно-Сахалинск: Дальневост. кн. изд-во, Сахалин. отд., 1981. 254 с.
8. Краткий очерк Приамурского края. СПб., 1892. 67 с.
9. Листок Приморского областного статистического комитета за 1902. № 1. 12 с.
10. Отчет по Главному тюремному управлению за 1886 г. СПб., 1888. 232 с.
11. Отчет по Главному тюремному управлению за 1887 г. СПб., 1889. 339 с.
12. Отчет по Главному тюремному управлению за 1904 г. СПб., 1906. 248 с.
13. Полное собрание законов Российской империи. Собр. 2. Т. 46. № 46984.
14. Полное собрание законов Российской империи. Собр. 3. Т. 26. № 27648.
15. Чехов А.П. Остров Сахалин. Хабаровск: Кн. изд-во, 1981. 368 с.
16. Шелудько В.О. Уголовная преступность во Владивостоке и Южном Приморье (дореволюционный период) // Вестн. ВГУЭС. 2001. № 1. С. 100–105.

Больше информации

Статьи о России


 

 


Copyright © 2005-2009 Защита сайта от бана. Учёт кликов из любых источников