Главная страница
Экономика
Статьи
Маркетинг
Менеджмент
Инвестиции

СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОЕ ПЕРЕСЕЛЕНИЕ НА ЮГЕ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА, 1970—1980_е годы

Лариса Александровна ГЕРАСИМОВА,
научный сотрудник Института истории ДВО РАН
Сельскохозяйственное переселение нашло свое продолжение в 1970—1980!е
годы. Реализация программ, связанных с освоением региона, была бы невоз!
можна без создания собственной продовольственной базы и решения кадрового
вопроса в области сельского хозяйства.
После вооружённого конфликта на о!ве Даманском (1968 г.) задача демо!
графического укрепления Юга Дальнего Востока, в первую очередь пригранич!
ных с Китаем территорий, приобрела большое значение. Демографический
дисбаланс, превышавший во много раз число дальневосточников на аналогич!
ной по площади территории северо!восточных китайских провинций, вынуж!
дал руководство страны искать способы привлечь в регион людей население из
других областей и республик страны. Поэтому государство пошло на создание
в приграничной зоне новых сел и сельхозпредприятий.
В 1970!х годах численность населения Дальнего Востока постоянно возраста!
ла за счет миграции. С 1966 по 1980 г. сюда прибыли 4,3 млн. чел., доля населения
региона в СССР увеличилась с 4,8% в 1975 г. до 5,3% в 1985 г.1 Согласно перспек!
тивным планам ещё в первой половине 1970!х годов дальневосточников к 2005 г.
должно было насчитываться не менее 9,7 млн. чел. (хотя изначально было ясно,
что достичь этого нереально). Например, к концу 1975 г. численность населения
Приморского края, который с точки зрения природно!климатических условий,
степени освоения и заселённости является самым благоприятным, должна была
составить 2 088 тыс. чел., а на деле оказалась ниже — 1 932 тыс. чел.2
В Хабаровском крае и Амурской области темпы прироста населения во вто!
рой половине 1970—1980!х годов сократились более, чем в два раза3. Ставка на
повышение рождаемости желаемых результатов не принесла. Поэтому мигра!
ция на Дальний Восток по!прежнему оставалась наиболее эффективным спо!
собом увеличения численности населения и трудовых ресурсов.
Традиционно прирост населения страны происходил за счет более высокой
рождаемости у сельских жителей. Но с 1950!х годов наблюдалось её фактичес!
кое и долевое снижение. Если в 1960 г. прирост составил 22,6 чел. на каждую
тысячу, то в 1984 г. — 12,6 чел. в СССР и 3,3 чел. — в РСФСР. В 1967—1985 гг.
ежегодное сокращение числа селян в стране составляло почти 700 тыс. чел., но
при всём этом темпы рождаемости оставались высокими в селах Средней Азии
и Кавказа, жители которых относились к категории наименее мобильных4.
До середины 1980!х годов численность селян, как и всего населения Юга
Дальнего Востока, увеличивалась преимущественно за счет миграции. Наибо!
лее высокие темпы роста были отмечены в 1966—1971 гг. и в 1976—1981 гг.
В дальнейшем приток населения в села, преимущественно трудоспособного
___ _ __• 2005 •№ 2 79
возраста, несколько снизился, но оставался по!прежнему высоким, например,
в 1981—1984 гг. прирост селян!дальневосточников в среднем на 8—10% превы!
шал эти показатели по РСФСР5 (см. табл. 1).
Таким образом, с 1966 по 1984 г. сельское население региона увеличилось
на 232 тыс. чел., или на 15,2% (в Приморье на — 4,0%, в Хабаровском крае —
на 26,1%, в Амурской области — на 12,7%). Для южной части Дальнего Восто!
ка в эти годы были характерны более высокие и стабильные темпы заселения.
Здесь доля постоянного населения составляла от 45 до 65%. Наибольшее чис!
ло новоселов в регионе отмечалось в Магаданской (72,8%) и Камчатской (65%)
областях. В целом по стране доля лиц, проживавших в местах постоянного
жительства с рождения, была больше в селах, чем в городах, на Дальнем Вос!
токе наблюдалась иная картина6.
Демографические процессы (сокращение размеров семьи) в регионе шли
в русле общесоветских. В отличие от сел регионов!доноров центральной части
страны, как указывалось выше, численность селян!дальневосточников увели!
чивалась, хотя сокращение числа детей в семьях здесь шло быстрее, чем в це!
лом по РСФСР. В среднем семья дальневосточников в 1959 состояла из 3,9 чел.,
а в 1979 г. — из 3,4 чел. В Приморье и на Сахалине эти показатели оказались
еще ниже: 3,3 чел. и 3,2 чел. соответственно7. Таким образом, всё перечислен!
ное выше в определенной степени повлияло на удельный вес сельских жите!
лей в общей численности населения Дальнего Востока (см. табл. 2).
Анализ таблицы свидетельствует, что за 18 лет доля сельских жителей со!
кратилась с 1 до 8%. Более всего это наблюдалось в Приморском крае (6%),
а в меньшей степени (1%) — в Хабаровском.
Решение задач хозяйственного освоения и демографического укрепления
шло с учетом создания собственной, региональной продовольственной базы.
В отличие от рыбной, лесной и деревообрабатывающей отраслей сельское хо!
зяйство Дальнего Востока не имело особых успехов. Планами, принятыми на
1971—1975 гг., предусматривалось увеличение среднегодового объема сельско!
хозяйственной продукции (по сравнению с 1966—1970 гг.) на 20—22%. В пер!
вой половине 1970!х годов её выпуск удовлетворял потребности местного на!
селения в овощах на 35—40% и на 45—50% — в продуктах животноводства.
Таблица 2
Удельный вес сельского населения в общей численности населения Дальнего Востока (в %)
Источник: Архив ИЭИ ДВО РАН. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1716. Л. 422.
_ ____ ___ ____ ___ ____ ___ _____ ___ ____ _ _ _ _ _ ____ ____ _ _ _ _ _
__ __ ____ __ __ __ __ __ ___ _____ __ _ _ _ _ _
Таблица 1
Численность сельского населения Юга Дальнего Востока на начало года (тыс. чел.)
Источник: Архив Института экономических исследований ДВО РАН. Ф. 1. Оп. 1. Д. 17. Л. 423.
_ ____ ___ ____ ___ ____ ___ _____ ___ ____ __ __ __ __ _ _ ____ ____ !_ _ __ __ __
__ __ ____ __ _ __ __ __ __
__ _____ __ ___ ___ ___ _!_ _ _!_80 ___ _ __• 2005 •№ 2
Недостаток продуктов питания, особенно мяса и мясопродуктов, компен!
сировался за счет собственного производства. В Приморском крае в расчете на
одного жителя приходилось 23%, молокопродуктов — 30% и яйцепродуктов —
54% от установленных норм. Чтобы полностью обеспечить население При!
морья продуктами питания в первой половине 1970!х годов, надо было увели!
чить выпуск мяса крупного рогатого скота и птицы в 5 раз, молока — в 4, яиц —
в 2,5 раза, но для этого требовались значительные капиталовложения. Напри!
мер, на интенсификацию сельскохозяйственного производства 63!х совхозов,
вошедших в 30!километровую пограничную зону, в 1966—1970 гг. было израсхо!
довано 69 млн. руб., в 1971—1975 гг. — 115 млн. руб., а на 1976—1980 гг. требова!
лось 297 млн. руб.8 Поставленные задачи и поступавшие средства определили
объёмы переселения, структуру и качественный состав сельскохозяйственных
мигрантов
Наиболее важным стало привлечение в регион «рабочих рук». До конца
1960!х годов увеличение трудовых ресурсов СССР проходило в условиях, ког!
да за рамками производства всегда имелся резерв рабочей силы, состоявший
преимущественно из женщин, занятых в домашнем и личном подсобном хо!
зяйстве. В 1950 г. этот ресурс составлял 26% от всего населения страны, в 1970 г.
этот показатель снизился до 10%. В расчете на 100 чел., работавших на произ!
водстве, в 1950 г. приходилось 165 чел., незадействованных в нём, в 1960 г. —
156 чел., в 1970 г. — 128 чел., а в 1980 г. — 111 чел. В 1970—1980!х годах уровень
занятости населения практически достиг наивысшей точки9. В первой полови!
не 1970!х годов максимальный прирост трудовых ресурсов способствовал пе!
рераспределению населения внутри страны, а миграционная активность насе!
ления за весь послевоенный период оказалась самой высокой.
В 1968 г. в стране ввели коэффициенты к заработной плате, размер кото!
рых отличался в зависимости от места проживания. Например, «уральская»
надбавка составляла 15%, «чукотская» — 100%, а дальневосточная (южная часть
региона) — 20%10. Региональные надбавки значительно повлияли на выбор
места жительства и работы потенциальных переселенцев. Приток мигрантов на
Дальний Восток определял региональную структуру населения. Доля трудоспо!
собных лиц в 1965 г. составила 57,1%, 1975 г. — 63,9%, а с 1980 по 1985 г. стаби!
лизировалась на уровне 62% против 58% по РСФСР. В целом число трудивших!
ся на Дальнем Востоке в 1970—1980!е годы увеличилось на 16,3%11.
В сравнении с данными по Российской Федерации, в дальневосточном ре!
гионе в 1970 и 1979 г. доля лиц трудоспособного возраста была несколько
выше: на 6,4% и 5,2% соответственно, лиц моложе трудоспособного возраста —
на 1,6% в 1970 г. и 5,2% в 1979 г. Удельный вес лиц старше трудоспособного воз!
раста на востоке страны в 1970 г. был на 9,8%, а в 1979 г. — на 10,5% выше, чем
в РСФСР. В целом по республике с 1970 по 1979 г. долевой рост наблюдался
в группе лиц моложе и старше трудоспособного возраста, на Дальнем Восто!
ке — в группах трудоспособного и старше трудоспособного возраста.
Для мигранта наиболее значимым был вопрос об уровне доходов в местах
поселения. Введённый в 1968 г. региональный коэффициент привлёк рабочих
и служащих на дальневосточную окраину. В Приморском крае в 1974 г. мигра!
ция позволила увеличить количество «рабочих рук» до 852,2 тыс. По сравнению
с 1970 г. прирост составил 89,6 тыс., или 11,7%12.
Прирост трудовых ресурсов наблюдался и в сельском хозяйстве. Если в 1975 г.
им занимались 186,4 тыс. чел., то в 1983 г. — 195,9 тыс., или на 5,1% больше.
В Приморье рост составил 3,7%, Хабаровском крае — 20,2%, а в Амурской об!
ласти, наоборот, произошло снижение с 75,0 тыс. чел. в 1975 г. до 74,9 тыс., или
на 0,1% в 1983 г.
Однако увеличение числа занятых непосредственно в сельском хозяйстве
было незначительным: в 1975 г. — 157,7 тыс. чел., в 1983 г. — 160,5 тыс. (или на
1,7%). Различалось оно и внутри региона. Например, в Хабаровском крае
___ _ __• 2005 •№ 2 81
в 1975 г. численность сельскохозяйственных кадров составляла 27,8 тыс. чел.,
в 1983 г. — 32,7 тыс. чел., прирост составил 17,6%13.
Увеличение трудовых ресурсов не означало их достаточность. Так, в наи!
более заселённом Приморском крае фактическая численность в середине
1970!х годов была меньше плановой на 15—20%, даже при том, что прирост
произошел отчасти из!за привлечения лиц пенсионного возраста. Например,
в III квартале 1973 г. кадровый дефицит составил 21 тыс. чел., а в III квартале
1974 г. — 31 тыс.14
Экстенсивный путь развития сельского хозяйства Юга Дальнего Востока
требовал все больше сельскохозяйственных кадров. Так, в 1970!е годы согласно
плану в Приморье ежегодно переселялись от 5 до 7 тыс. чел. В совхозы Хабаров!
ского края в 1979 г. прибыли 1 168 семей (109,2% от запланированного), из них
868 — из других районов страны, а планами на 1980 г. определялось 1 250 семей,
в том числе по межобластному обмену — 900, по внутрикраевому — 350 семей15.
Однако, несмотря на значительное увеличение трудовых ресурсов,
в 1970—1980!е годы совхозы южной части Дальнего Востока по!прежнему
испытывали острый дефицит в рабочих, так как среднегодовая потребность
в них колхозов и совхозов была гораздо выше. Например, в 1966—1969 гг.
в три района Хабаровского края (им. Лазо, Октябрьский и Хабаровский) пе!
реселились 569 семей, в которых были трудоспособными 1 220 чел. Несмотря
на это, в 1969 г. недостаток в сельскохозяйственных кадрах здесь составлял
4%, в том числе в Октябрьском районе — 6,4%, Хабаровском — 4,2%, в рай!
оне им. Лазо — 3%. В Приморском крае и Амурской области наблюдался не
только недостаток «рабочих рук», но так же сокращение непосредственно
занятых сельхозпроизводством рабочих и служащих. В результате этого
в Приморье за восемь лет их численность сократилась с 65,9 тыс. чел.
в 1975 г. до 65,6 тыс. (0,5%) в 1983 г., а в Амурской области — с 64,0 тыс. чел.
в 1975 г. до 62,2 тыс. (2,8%) в 1983 г.16
Повышение образовательного уровня в СССР изменило «профессиональ!
ный» состав сельхозмигрантов. В 1950—1960!х годах плановые переселенцы
в графе «специальность» чаще всего указывали «разнорабочий», «скотник»
или «доярка»; доля механизаторов была незначительной. Из 18 652 механи!
заторов, переселившихся в 1960!х годах в южные районы Дальнего Востока,
в Амурской области осели 8 874 чел. (47,5%), в Приморье — 6 178 (33,1%) и Ха!
баровском крае — 3 600 чел. (19,3%)17. В 1970!х годах доля мигрантов!механи!
заторов, существенно возросла. Например, 48,3% приморских переселенцев
1973—1974 гг. вселения указали профессию шофера, тракториста или бульдозе!
риста, а 13,8% владели второй профессией (электрик, монтажник и т.д.)18.
В 1960!х годах значительный приток механизаторов не решил проблему,
в большинстве хозяйств по!прежнему ощущался дефицит в шоферах, комбай!
нерах и т.д., особенно в период уборки урожая. Так, в Приморском крае в 1973 г.
отмечался недостаток более, чем 10 тыс. механизаторов. Особенно остро эта
проблема стояла в совхозах Спасского, Ханкайского, Хорольского, Михайлов!
ского и других районов19.
Кадровый дефицит механизаторов в совхозах и колхозах, регулярно обо!
стрявшийся в период уборки урожая, периодически обращал на себя внимание
правительства, которое директивными методами пыталось хоть как!то изме!
нить ситуацию. Вышедшее постановление № 671 «О работе Саратовского об!
лисполкома по подготовке и закреплению механизаторских кадров в сельских
хозяйствах» от 30 декабря 1974 г., действие которого распространялось и на юг
дальневосточной части страны, обязывало партийные и государственные орга!
ны, в том числе директоров совхозов и колхозов, уделять особое внимание под!
готовке и переподготовке специалистов данного профиля.
В 1977 г. вышло постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР «О ме!
рах по повышению использования сельскохозяйственной техники, улучшению
82 ___ _ __• 2005 •№ 2
ее сохранности, обеспечению колхозов и совхозов кадрами механизаторов и зак!
реплению их в сельском хозяйстве»20, которое было направлено на привлечение
кадров (механизаторов) и сокращение их текучести на предприятиях, в совхозах
и колхозах Министерства сельского хозяйства. В частности, лицам, уволившимся
из рядов Вооруженных Сил и устроившимся на работу механизаторами, на об!
заведение хозяйством предусматривалась выдача пособий размером до шести
месячных окладов повременных тарифных ставок III разряда. Этим постанов!
лением для трактористов!машинистов сельского, лесного и других хозяйств
Дальнего Востока, Сибири, Урала, Поволжья и Казахстана с 1 января 1978 г. ус!
танавливалась надбавка за стаж работы по специальности в данном хозяйстве от
двух до пяти лет в размере 12%.
Дефицит доярок, скотников, механизаторов ощущался во всех хозяйствах
региона. Например, в Хабаровском районе Хабаровского края при среднеспи!
сочном составе совхоза 5 092 рабочих в 1969 г. выбыли 1 519 чел., при том, что
каждый третий имел одну из ведущих специальностей. В 1984 г. уровень обес!
печенности совхозов и колхозов региона рабочими составил 88,1%, в том чис!
ле механизаторами — 97,9%, овощеводами — 67,0%, доярками — 92, 0%, скот!
никами — 83,4%, телятницами — 86,3%, птичницами — 97,3%, водителями —
88,2%, слесарями!ремонтниками — 79, 4%21.
Как правило, компенсация выбывших работников осуществлялась за счет
подготовки новых кадров или переселенцев. Таким образом, только каждый
третий, занятый в сельском хозяйстве, мог считаться квалифицированным ра!
ботником. Среди механизаторов этот показатель был выше. Например, в чис!
ле 10 800 приморских комбайнеров и водителей, работавших в 1974 г, около 50%
(5 200 чел.) имели квалификацию. В 1985 г. только 18% механизаторов, шофе!
ров и животноводов Хабаровского края имели диплом об окончании профес!
сионально!технического училища. Значительная часть сельхозрабочих осваи!
вала профессию на месте. Попытки восполнить кадровый недостаток через
систему разного рода курсов также не давали долговременных результатов.
Переселенцы, закончившие курсы с отрывом от производства, работали в хо!
зяйстве не более пяти лет22.
Сложившаяся ситуация, разумеется, сказывалась на зарплате. Ее размер
имел столь важное значение и потому, что для работников сельского хозяй!
ства она являлась основным видом дохода. Отличительной чертой переселяв!
шихся в сельскую местность Дальнего Востока являлось преобладание их не!
сельскохозяйственной специализации. В регионе большое значение имели
предприятия рыбохозяйственной отрасли, стройиндустрии, горнодобываю!
щей промышленности. Поэтому доходы от сельскохозяйственной деятельно!
сти на приусадебных хозяйствах не были столь существенны, как в аграрных
районах страны.
Размер заработной платы и доходов имели огромное значение в силу доро!
говизны проживания в регионе. Например, в Приморье индекс стоимости про!
житочного минимума составлял 126% к общесоюзному, а фиксированная за!
работная плата — 109%23. Затраты на одного работавшего в Западно!Сибирском
районе, где региональный коэффициент был таким же, как и на Юге Дальнего
Востока (по отношению к Центральному району) составлял 108, а на семью из
четырёх человек — 103% (см. приложение)24.
Изменить ситуацию была призвана система профессиональной подготов!
ки. Так, в 1970—1980!х годах в профессионально!технических училищах Даль!
него Востока ежегодно готовились 18 тыс. специалистов по растениеводству
и животноводству, из них только 40—45% оставались работать в сельском хо!
зяйстве25. Но и здесь были свои негативные моменты, — один из них — это труд!
ности профессионального роста. Как правило, руководители совхозов не до!
веряли работу вновь прибывшим молодым специалистам, окончившим вузы
и техникумы. Так, из 22 чел., работавших управляющими отделений, только во!
___ _ __• 2005 •№ 2 83
семь были со средним специальным образованием, а 14 чел. являлись практи!
ками; из 37 бригадиров растениеводческих бригад только шесть человек имели
среднее специальное образование, а 16 — лишь начальное; среди 30 бригади!
ров!животноводов 25 были практиками и всего пять человек — специалистами.
Эта ситуация не изменилась и в 1980!х годах.
Доля практиков доходила до 1/3 от числа занятых специалистов и руково!
дящих работников совхозов. В то же время удельный вес специалистов и руко!
водителей со средним специальным образованием в Хабаровском крае был
в 2,5 раза больше, чем в Приморском. Однако специалистов и руководителей
с высшим образованием в Приморье оказалось больше на 5,1%. Такая разница
объясняется наличием в регионе учебных заведений. В Приморье подготовкой
специалистов занимались два техникума (сельскохозяйственный и совхоз!тех!
никум) и Сельскохозяйственный институт (ныне — Сельхозакадемия), распо!
ложенные в г. Уссурийске, в Хабаровском крае — только Биробиджанский сель!
скохозяйственный техникум.
Чаще всего молодые специалисты занимали более низкие должности, чем им
полагалось согласно образованию и полученной дипломной квалификации, либо
вообще работали не по своей специальности. Например, в 1968—1969 гг. в На!
деждинский совхоз Еврейской автономной области прибыли четыре агронома,
окончившие Биробиджанский сельскохозяйственный техникум. По своей спе!
циальности в 1970 г. работал только один человек, а двое (Заруднев и Сухецкая)
использовались на непрофильных работах. Четырьмя растениеводческими бри!
гадами руководили люди, имевшие всего лишь начальное образование, хотя в хо!
зяйстве были и специалисты.
«Нестандартное» отношение к высококвалифицированным кадрам было
у директора Петровского совхоза Клеменкова. В качестве метода воспитатель!
ной работы он использовал административные взыскания. Так, в 1970 г. этой
мере наказания подверглись 15 чел., в том числе главный ветеринарный врач
Луценко, считавшийся в районе лучшим. На него было наложено четыре де!
нежных начета; на главного зоотехника Мишина, ветфельдшера Пасикова, уп!
равляющего Савчука и бригадира Шершеня — по два. Однако тем же прика!
зом председатель совхоза наложил взыскание за падеж телят и на себя. Такая
ситуация была характерна для совхозов ЕАО. Много взысканий накладывалось
в Волочаевском, Пашковском и Известковом совхозах26.
В 1970!х годах в результате введенных новаций в организацию переселения,
по сравнению с предшествующими десятилетиями, была изменена структура
мигрантов. Значительно увеличилась доля горожан. Из прибывших, например,
в Амурскую область каждый второй в прошлом был городским жителем, в Ха!
баровском крае этот показатель был несколько ниже — 40%. Согласно переписи
1970 г. в Приморье в 1968—1969 гг. прибыли 106 257 чел., из них 36,4% предпоч!
ли сельскую местность, хотя ранее в селах и деревнях проживали только 15,1%
от числа переселившихся в край27.
В Хабаровском крае в 1983—1985 гг. только каждый шестой до того, как
приехал сюда, ранее работал в сельском хозяйстве. Большая часть прибывших
(77,5%) — бывшие работники промышленности, строительства и других отрас!
лей (ИТР, рабочие разных специальностей, водители, бульдозеристы, экскава!
торщики), т.е. жители городов и поселков городского типа.
В сельскую местность Юга Дальнего Востока бывшие горожане переселялись
не только из других регионов страны, но и из близлежащих крупных городов.
В первом полугодии 1977 г. исполком городского совета депутатов трудящихся
г. Хабаровска направил в сельскую местность 100 семей из числа рабочих и слу!
жащих, изъявивших желание туда переехать28. На такой шаг горожан чаще всего
толкало отсутствие жилья, трудности его получения и т.д.
Непривычность к особому укладу жизни в селе усугублялась слабыми
навыками сельскохозяйственного труда или их отсутствием. Большую часть
84 ___ _ __• 2005 •№ 2
тяжелых видов работ приходилось выполнять вручную. Доля механизации тру!
доёмких процессов составляла в регионе 46,2% (в среднем по РСФСР — 50%).
Уровень механизации труда с 1976 по 1985 г. увеличивался крайне медленно: на
0,4—0,7% в год, а некоторые хозяйства региона отставали от передовых в мас!
штабах страны на много лет. Как правило, вновь прибывшими укрепляли от!
стающие хозяйства, бригады и фермы29.
Госплан РСФСР, Госкомтруд РСФСР и ВЦСПС в 1983 г. поставили задачу
сократить применение ручного труда в отраслях материального производства,
чтобы снизить физические нагрузки на сельхозработников и увеличить произ!
водительность труда, в течение 1980!х годов использование ручного труда в ос!
новном предполагалось ликвидировать30.
Актуальность решения этого вопроса подтверждалась регулярно проводи!
мыми социологическими исследованиями. В 1970 г. в Хабаровском, Октябрь!
ском и районе им. Лазо Хабаровского края было проанкетировано 2 634 чел.
Результаты опроса показали, что в Октябрьском районе, где сосредотачивалось
13,8% крупного рогатого скота и 24,5% свиней хозяйств края, ручной труд при!
менялся при доении коров на 80,7%, подаче воды — на 84%, на раздаче кор!
мов — на 15%, очистке помещений — на 20%, а также в растениеводстве31.
Немаловажное значение имела и организация труда в совхозах. Проверкой,
проведенной в 1970 г. в Хабаровском крае, было выявлено, что в 1969 г. при
среднегодовом фонде 290 дней 667 чел. отработали по 100 и менее дней. В то
время как часть рабочих!животноводов, систематически работали сверхуроч!
но, а 297 доярок из 934 — без выходных дней в течение всего исследуемого года.
Таким образом, в районе им. Лазо, Октябрьском и Хабаровском районе сверх!
урочные работы составили 15 542 человеко!дня32. Среди опрошенных в 1984 г.
работников сельского хозяйства Юга Дальнего Востока 3/4 респондентов были
неудовлетворены напряженностью труда, а также продолжительностью рабо!
чего дня, особенно в летние месяцы, отсутствием в течение 2—2,5 месяцев вы!
ходных, а летом — отпусков33.
Однако такая ситуация была характерна не только для отдаленных регио!
нов, какими являлись Приморский и Хабаровский края и Амурская область,
но и для центральной полосы РСФСР. Из проверенных в 1978 г. 39 совхозов
и колхозов Ленинградской, Калининской, Костромской, Горьковской облас!
тей и Чувашской АССР только в пяти доярки отработали по 280—290 дней, что
было близко к расчетной норме, в остальных годовая занятость работников
животноводства была 300 и более дней, а в некоторых — по 350—360 дней. Доля
использования тяжелого ручного труда на животноводческих фермах в Россий!
ской Федерации составляла в среднем 62%, а в некоторых хозяйствах Ленин!
градской области достигала 90%, Костромской — 77%, Горьковской — 78%,
Калининской — 81%34.
Особое внимание заслуживает отношение к переселенцам руководителей
совхозов и отделений принимавших хозяйств. Законные требования мигран!
тов, связанные с хозяйственным и трудовым устройством, чаще всего игнори!
ровались. Это имело место в Октябрьском, Веринском, Пограничном и Чер!
нореченском совхозах Хабаровского края35.
Непрестижность работы в сельском хозяйстве приводила к тому, что в со!
ставе «будущих» крестьян всё чаще оказывались люди, не обремененные семьей
и, как правило, с девиантным поведением. В 1980!х годах преобладали работ!
ники, чьи установки на приезд в регион объяснялись «охотой к перемене мест».
За пять лет, предшествовавших переселению, большинство из них переходили
с одного места работы на другое от двух до пяти и более раз (15%), не менял
место работы только каждый четвертый; 10—11% были ранее судимы, а каж!
дый третий в дальнейшем увольнялся за пьянство и прогулы, что приводило
к постоянной нехватке рабочих в сельском хозяйстве юга дальневосточной ча!
сти страны.
___ _ __• 2005 •№ 2 85
Анализ записей в трудовых книжках, проведенный Л.А. Колтуновым, по!
казал, что 13,8% написали заявления об увольнении, проработав не более
1,5 месяца. Данные «Журнала учета глав семей переселенцев, прибывших
в Приморский край» позволили отметить, что 62% мигрантов перед тем, как
прибыть в г. Лесозаводск по плановому переселению 1973—1974 гг., меняли
место жительства на территории края от 2 до 5 раз36.
Выше перечисленные факторы значительно снижали степень приживаемо!
сти новоселов в регионе и активизировали «вчерашних» плановых переселен!
цев на дальнейшее мигрирование. Из прибывших в 1968 г. 569 семей в Хабаров!
ский край в год приезда выбыло 11,6%, в 1969 г. — ещё 10%, а из Амурской
области — 8,2%. В 1970—1980!х годах совхозы Хабаровского края в первый год
вселения покидало 12—16% переселенцев, Приморья — 17—18%, а в последу!
ющие три!четыре года — еще 6—7%. Сложные природно!климатические усло!
вия затрудняли адаптацию переселенцев из центральных регионов страны.
Практически каждый пятый имел противопоказания по состоянию здоровья
для проживания в южной части Дальнего Востока37.
Отъезд переселенцев из сел региона часто был вызван нарушениями со сто!
роны администрации принимавших хозяйств. Исследователи!миграциологи
отмечали, что уже в 1970!х годах во многих хозяйствах трудовые договоры не
заключались38. Невыполнение обязательств перед переселенцами приводило
к их массовому оттоку из сёл Дальнего Востока.
Отъезд из сельской местности был характерен не только для рядовых сель!
чан, но и для глав совхозов и руководителей среднего звена. Так, в 1968—1969 гг.
в хозяйствах Еврейской автономной области сменилось более 30% главных
специалистов, 37% управляющих отделениями совхозов и около 40% бригади!
ров растениеводства и животноводства. В совхозах «Известковый» и «Надеждин!
ский» — все главные специалисты (в течение полутора лет). В 1970 г. в совхозы
ЕАО было направлено 26 специалистов с высшим и средним специальным об!
разованием, а выбыло 19 чел.39.
К 1975 г. в Приморском крае насчитывалось 198 совхозов. За 1971—1975 гг.
произошла смена директоров в 163 хозяйствах края (82,3% от общего числа).
Наибольшая текучесть руководящих кадров наблюдалась в Спасском — 14 чел.
(73,7%), Октябрьском — 11 чел. (91,6%), Хорольском — 11 чел. (100%), Михай!
ловском — 9 чел. (75,0%), Лазовском — 3 чел. (60%) и других районах. В этот
же период 47 (23%) руководителей совхозов были освобождены от занимаемых
должностей как «не обеспечившие должное руководство хозяйствами и ском!
прометировавшие себя»40.
В отличие от промышленных предприятий и фабрик изменения в руководя!
щем составе сельского хозяйства происходили гораздо чаще. Директора совхозов,
за редким исключением, в данной должности работали не более двух—трех лет.
Решениями горкомов, райкомов КПСС и советских органов они освобождались
от своих должностей, несмотря на хорошие характеристики, которые получали от
этих же структур при рекомендации на должности. Ссылаясь на отсутствие мес!
тных кадров, горкомы и райкомы просили прислать специалистов из других ре!
гионов страны, так как собственный резерв был исчерпан. На смену 13 уволен!
ным в первом полугодии 1976 г. директорам было выдвинуто только семь человек.
Причина происходившего заключалась в том, что среди руководителей было
недостаточно специалистов сельского хозяйства. За 1971—1975 гг. на замену
19!ти «освобождённым» директорам (91%) в г. Лесозаводск направили только
двух специалистов в области сельского хозяйства, в Михайловский район при
необходимости в девяти — только пять, в Артеме — вместо пяти требовавших!
ся пришёл только один. Люди, действительно способные возглавить хозяйства,
ввиду предполагаемого перевода в другие районы Дальнего Востока, не вклю!
чались в резервный список. Это было зафиксировано в совхозах Красноармей!
ского, Чугуевского, Яковлевского районов Приморья41.
86 ___ _ __• 2005 •№ 2
Как и прочие специалисты и рабочие, занятые в сельском хозяйстве, ру!
ководители совхозов испытывали значительные трудности в повышением своей
квалификации. На курсы переподготовки руководящих работников сельского
хозяйства, находившихся при сельскохозяйственных институтах Приморско!
го края и Амурской области и Биробиджанском сельхозтехникуме, отправля!
ли немногих. В 1968—1969 гг. на курсах повышения квалификации в ЕАО про!
шли переподготовку из 78. запланированных только 54 чел.42 В 1975 г. из
совхозов Анучинского, Лазовского, Надеждинского, Партизанского, Хороль!
ского, Пожарского, Шкотовского, Уссурийского, Ханкайского районов, го!
родов Партизанска и Артема Приморского края на учебу не был отправлен ни
один специалист43.
Непрестижность труда в сельском хозяйстве и проблемы в получении бо!
лее высокой профессиональной квалификации способствовали формированию
безынициативного типа руководителя!сельскохозяйственника. Так, среди на!
родных депутатов Уссурийского района (преимущественно имеющего аграрную
специализацию), избранных в 1985 г. из 255 (62,3%) — 160 чел. были заняты
в сельском хозяйстве. На долю председателей и заместителей председателей со!
вхозов приходилась незначительная часть: 4,6% или 12 чел. «Сельскохозяй!
ственная интеллигенция», состоявшая из агрономов, ветеринарных врачей
и других специалистов, была представлена 17 депутатами (6,6%). Более иници!
ативными оказались рабочие и механизаторы — 48,2% (123 чел.)44.
В работе японского специалиста С. Оцу указывалось, что в ходе проведен!
ных в совхозах и колхозах ряда регионов СССР исследований было выявлено,
что для руководящих работников советского села было характерно отсутствие
стремления продвигаться вверх по служебной лестнице, но обнаруживалась
склонность занимать более низкие должности. Среди ведущих специалис!
тов!управленцев сибирских и дальневосточных совхозов и колхозов желание
занять в будущем более высокий пост высказал каждый десятый (9%), а каж!
дый третий (30%) предпочел выполнять менее ответственные обязанности.
В среднем звене такое желание изъявили 72% респондентов45.
В 1982 г. НИИ труда при анкетировании руководителей и специалистов
сельского хозяйства в Приморском крае выявил, что именно непривлекатель!
но в их работе. 29,9% указали на «продолжительность рабочего дня, отсутствие
выходных, отпуск в неудобное время, напряженный режим работы», 13,4% —
на «большую ответственность», 11,4% — на «чрезмерную опеку вышестоящих
органов и лиц, несамостоятельность в решении важных вопросов», 10,2% — «на
перегруженность посторонними делами (бумажную волокиту, поиски запчас!
тей)», 9,1% — на «грубость со стороны руководства, невнимательность, отсут!
ствие взаимопонимания», 6,9% — на то, что «не ценят специалистов, не счита!
ются с их мнением», 4,4% — на «несвоевременное проведение работ, недостатки
материального обеспечения», 3,6% — на «неквалифицированное руководство,
бюрократизм и стяжательство»46. Таким образом, почти каждый третий указал на
специфику работы в сельском хозяйстве, а 41,2% — на негативные отношения
между начальством и подчиненными, бюрократизм.
Высокая текучесть кадров в сельском хозяйстве сопровождалась значитель!
ными убытками. Например, переход рабочего с одного предприятия на другое
вёл к потере рабочего времени в среднем 18 человеко!дней на каждого менявшего
место работы. При численности 858,2 тыс. чел., занятых в народном хозяйстве
Приморья в 1974 г., и 30!процентной текучести общие потери составили более
4 623 тыс. человеко!дней. Это было эквивалентно 21 060 чел., которые при сред!
негодовой выработке 6,6 тыс. руб. на одного работавшего могли бы дать валовой
продукции почти на 140 млн. руб.47.
Для того, чтобы не допустить преобладания показателей отъезда населения
из совхозов региона над прибытием отчасти применялись директивные мето!
ды. Основную роль в создании таких документов играли краевые/областные
___ _ __• 2005 •№ 2 87
исполнительные комитеты КПСС и исполнительные комитеты народных де!
путатов. Предоставлявшаяся первичная информация в переписке между уп!
равлениями и отделами статистических органов с местными властями внут!
ри региона являлась обоснованием для создания различного рода законных
и подзаконных актов. Например, руководитель статистического управления
Приморского края И.И. Большаков регулярно информировал первого секре!
таря краевого комитета КПСС В.П. Ломакина о ситуации в строительстве
жилья, детских садов, больниц и пр., об уровне доходов населения, а также
о числе приехавших и выбывших из Приморья. Материал ложился в основу
принимавшихся депутатами решений, а затем направлялся в правительство,
министерства и ведомства. Результатами переписки между центральными
и региональными/местными органами власти были поручения правительства
(министерств, ведомств) разработать комплекс предложений, направленных
на оздоровление сложившийся неблагоприятной ситуации.
В 1976 г. Совет Министров поручил Приморскому крайкому КПСС и край!
исполкому народных депутатов разработать и направить в Госплан РСФСР
и соответствующие министерства и ведомства предложения по реализации ме!
роприятий в отдельных отраслях народного хозяйства в пограничной зоне,
претворение которых «заметно должно ускорить развитие народного хозяй!
ства» не только приграничных районов, но Юга Дальнего Востока в целом.
В письме «О мерах по повышению интенсивности развития экономики и зак!
реплению кадров в пограничных районах Приморского края», подготовленном
Приморским крайкомом КПСС и крайисполкомом 3 августа 1976 г. в Совет Ми!
нистров среди поставленных задач была программа мелиоративного строитель!
ства, в том числе комплексного строительства рисоводческих совхозов, увеличе!
ние доходов населения посредством дополнительных надбавок (до 60%)48.
Однако в этом письме были и нововведения, касавшиеся всех жителей При!
морского края. Так, предлагалось ввести вознаграждение (в зависимости от
проработанного периода) за непрерывный стаж работы от 4 и более лет по спе!
циальностям доярка, скотник, телятница и т.д. в размере 8—25%; выпускникам
средних школ, устроившимся на работу в животноводческие совхозы в течение
не менее трёх лет выплачивать вознаграждение в размере от 400 до 500 руб., то
же самое распространялась и на демобилизованных из Вооруженных Сил.
Предлагалось отменить розничные цены III пояса и ввести цены II пояса, т.е.
Западной и Восточной Сибири; жилищное строительство для переселенцев
осуществлять полностью за счет государства; с целью сокращения текучести
кадров в сельском хозяйстве прекратить строительство новых предприятий
в близлежащих городах и поселках городского типа; ввести один раз в три года
бесплатный проезд в другие регионы страны49. Актуальным был пункт о введе!
нии бесплатного проезда и в силу того, что в регионе проживало только около
40% коренного населения. География мигрантов 1960—1980!х годов была пред!
ставлена достаточно широко. Наибольшее число выходцев приходилось на об!
ласти Украины, Белоруссии, автономные республики Поволжья, сибирский ре!
гион и т.д.50.
Из предложений, которые разработали Приморский крайком КПСС и край!
исполком совета народных депутатов, реализовалось, спустя 10 лет, только одно.
В 1987 г. постановлением ЦК КПСС, Совета Министров и ВЦСПС вводились
выплаты процентных надбавок за непрерывный стаж работы в Читинской об!
ласти, на Юге Дальнего Востока и в Бурятской АССР по окончании первого года
работы — 10%, через три года — 20%, через пять лет — 30%51.
Итогом сельскохозяйственного переселения на юг дальневосточной окраи!
ны стало реальное увеличение численности не только жителей сельскохозяй!
ственных районов, но и населения региона в целом. В масштабах страны южная
часть Дальнего Востока «с учетом прогнозов миграции населения» относилась
к районам, которые «в известной мере» были обеспечены рабочей силой52.
88 ___ _ __• 2005 •№ 2
В 1970—1980!х годах производство некоторых видов продуктов питания
в регионе несколько увеличилось, но по!прежнему отставало от среднереспуб!
ликанского уровня. В 1989 г. Приморский край занимал 64!е место по производ!
ству мяса и мясопродуктов на душу населения, Хабаровский — 68!е, Амурская
область — 37!е; по уровню обеспеченности молокопродуктами Приморье нахо!
дилось на 66!м месте, Хабаровский край — на 69!ом, Амурская область — на
42!ом; по производству растительного масла Приморье было на 4!ом месте, Ха!
баровский край — на 32!ом, Амурская область — на 35!м. В 1970!е годы за счет
капитальных вложений на Дальнем Востоке началось строительство крупных
птицефабрик, что привело к значительному увеличению производства яиц.
В 1970—1980!х годах, по сравнению с 1960!ми, в выращивании картофеля
и овощей наблюдался спад. В 1970 г. на душу населения приходилось 222 кг
картофеля, а овощей — 67. В 1985 г. эти показатели снизились до 78 и 58 кг со!
ответственно53.
Однако были и достижения. В расчете на один человеко!день в совхозах
Дальнего Востока, специализацией которых было выращивание сои, в конце
1960!х годов получали от 7 до 15 руб. чистого дохода. Более низкими были зат!
раты труда и в рисоводческих совхозах Приморского края. Они колебались от
5 до 16 дней, в то время как в самой высокоразвитой рисоводческой стране
Японии, эти затраты достигали 200 дней. При реализации 35—40 ц прибыль
с одного гектара составляла 420—470 руб.54.
Высоких результатов добивались и некоторые работники сельского хозяй!
ства, которые награждались правительственными наградами. За достигнутые
успехи в 1981 г. в Приморском крае орден Ленина получили звеньевые совхоза
«Победа» Партизанского района Н.И. Ковалева и совхоза «Корсаковский» Ус!
сурийского района В.П. Лелетка. Труд 49 чел., в том числе 12 механизаторов,
16 телятниц и доярок, 23 специалистов сельского хозяйства был отмечен ме!
далями55 .
Однако достичь самых главных задач в советский период так и не удалось.
Не уменьшился отток населения из региона и рабочих кадров из сельского
хозяйства. В южной зоне Дальнего Востока механический прирост составил
42,8%, в 1983 г. — 31,4%. Увеличение численности населения Приморского
края достигалось миграционным обменом (130—150 тыс. чел. в год), однако
в 1975—1985 гг. 4,3 млн. прибыли на восток страны, а 3,9 млн. чел. выехали
отсюда. Ежегодный механический рост населения в 1975—1984 гг. составлял
от 6 до 15 тыс. чел.56
Что касается сельского хозяйства, то,с одной стороны, непрестижность
работы в этой отрасли имела глубокие корни отходничества, а низкие заработ!
ки и тяжелый физический труд только ускоряли этот процесс. С другой сторо!
ны, потребность промышленных предприятий, которые располагались в сель!
ской местности (угледобыча, деревообработка, лесозаготовка, предприятия
стройиндустрии) в трудовых ресурсах была не меньшей, чем в сельском хозяй!
стве, но уровень заработной платы при той же квалификации, но меньшей
нагрузке был выше на 20—22%.
В заключении хотелось бы сказать что, если бы предложенные в 1976 г. При!
морским крайкомом КПСС и крайисполкомом мероприятия удалось реализо!
вать на практике, вероятно, сегодня мы бы не имели обезлюдевшие сельские
местности, а снижение уровня жизни не было бы столь катастрофическим.
1 Архив Института экономических исследований ДВО РАН (ИЭИ). Ф. 1. Оп. 1. Д. 1716. Л. 422.
2 Там же. Оп. 2. Д. 1658. Л. 68; ГАПК. Ф. П!68. Оп. 54. Д. 327. Л. 7.
3 Архив ИЭИ. Оп. 1. Д. 1716. Л. 422.
4 Население СССР за 70 лет. М., 1988. С. 64—65.
5 Архив. ИЭИ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1716. Л. 422.
6 Там же. Оп. 1. Д. 1716. Л. 397; Оп. 2. Д. 1658. Л. 68.
___ _ __• 2005 •№ 2 89
7 Там же. Оп. 1. Д. 1716. Л. 422.
8 ГАПК. Ф. П!68. Оп. 54. Д. 327. Л. 9; Гладышев и др. Проблема развития и размещения… Дальнего
Востока. С. 130; Миграция населения РСФСР. С. 88.
9 Население СССР за 70 лет. М., 1988. С. 191—193, 195.
10 Денисенко М.Б. и др. Миграциология. М., 1989. С. 56.
11 Там же. С. 58.
12 ГАПК. Ф. П!68. Оп. 54. Д. 327. Л. 8; Д. 15. Л. 24—26.
13 Архив ИЭИ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1716. Л. 430.
14 ГАПК. Ф. П!68. Оп. 54. Д. 327. Л. 8; Д. 15. Л. 24—26.
15 Ващук А.С., Чернолуцкая Е.Н., Королева В.А.., Дудченко Г.Б., Герасимова Л.А. Этномиграци!
онные процессы в Приморье в XX в. Владивосток, 2002. С. 127; ГАХК. Ф. 904. Оп. 10. Д. 1539.
Л. 116.
16 ГАХК. Ф. 137. Оп. 14. Д. 2358. Л. 150; АИЭИ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1716. Л. 430.
17 Миграция населения РСФСР. М., 1973. С. 83.
18 Ващук А.С. и др. Этномиграционные процессы в Приморье… С. 138.
19 ГАПК. Ф. П!68. Оп. 54. Д. 319. Л. 29.
20 Там же. Д. 193. Л. 31,35; Решение партии и правительства по хозяйственным вопросам. Июль
1977 — март 1979. М, 1979. Т. 12. С. 97—104.
21 Архив ИЭИ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1716. Л. 436.
22 ГАХК. Ф. 137. Оп. 14. Д. 2358. Л. 151; ГАПК. Ф. П!68. Оп. 54. Д. 319. Л. 29; Архив ИЭИ. Ф. 1.
Оп. 1. Д. 1716. Л. 433.
23 Архив ИЭИ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1658. Л. 68; Д. 1716. Л. 17.
24 Денисенко М.Б. и др. Миграциология.С. 58.
25 Архив ИЭИ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1716. Л. 433.
26 ГАХК. Ф. 137. Оп. 14. Д. 2358. Л. 80.
27 Архив ИЭИ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1716. Л. 447; ГАПК. Ф. 131. Оп. 11. Д. 33. Л. 10, 13.
28 ГАХК. Ф. 904. Оп. 10. Д. 1201. Л. 41.
29 Миграция населения РСФСР. С. 84; Архив ИЭИ. Ф. 1. Оп. 2. Д. 1658. Л. 82.
30 ГАПК. Ф. 510. Оп. 3. Д. 893. Л. 167.
31 ГАХК. Ф. 137. Оп. 14. Д. 2358. Л. 164.
32 Там же. Л. 163.
33 Архив ИЭИ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1716. Л. 448.
34 ГАРФ. Ф. 10.005. Оп. 1. Д. 778. Л. 14—15.
35 ГАХК. Ф. 137. Оп. 14. Д. 2358. Л. 152.
36 Ващук А.С., Чернолуцкая Е.Н. и др. Этномиграционные процессы в Приморье… С. 137—138.
37 Миграция населения РСФСР. С. 82; Архив ИЭИ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1716. Л. 440; ГАХК. Ф. 137.
Оп. 14. Д. 2358. Л. 152.
38 Архив ИЭИ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 439.
39 ГАХК. Ф. 137. Оп. 14. Д. 2358. Л. 70.
40 ГАПК. Ф. П!68. Оп. 54. Д. 327. Л. 11.
41 Там же. Л. 12.
42 ГАХК. Ф. 137. Оп. 14. Д. 2358. Л. 71.
43 ГАПК. Ф. П!68. Оп. 54. Д. 327. Л. 12.
44 Подсчитано автором на основе: ГАПК. Уссурийский филиал. Ф. 344. Оп. 1. Д. 695. Л. 1.
45 Оцу С. Советский рынок труда: анализ японского специалиста. М., 1992. С. 20.(Перевод с яп.).
46 Пчелинцева Г.А. Закрепление специалистов в сельском хозяйстве // Социол. исследования.
1985. № 1. С. 95.
47 ГАПК. Ф. П!68. Оп. 54. Д. 807. Л. 39.
48 Там же. Д. 327. Л. 7.
49 Там же. Л. 10—11.
50 Ващук А.С., Чернолуцкая Е.Н. и др. Этномиграционные процессы в Приморье… С. 126.
51 Денисенко М.Б. и др. Миграциология. С. 59.
52 ГАРФ. Ф. 10.005. Оп. 1. Д. 433. Л. 106.
53 Ващук А.С. Социальная политика в СССР и ее реализация на Дальнем Востоке (середина 40!х —
80!е годы XX в.). Владивосток, 1998. С. 159—160.
54 Гладышев А.Н. и др. Проблема развития… производительных сил… С. 74, 77
55 Красное знамя. Владивосток. 1982. 24 марта.
56 Архив ИЭИ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1716. Л. 422; Ващук А.С., Чернолуцкая Е.Н. и др. Этномиграционные
процессы в Приморье… С. 125._

Больше информации

Статьи о России


 

 


Copyright © 2005-2009 Защита сайта от бана. Учёт кликов из любых источников